Шпана полностью

— Вы меня прямо озадачили, молодой человек, — задумчиво ответил Попов, — хорошо, я обдумаю ваше предложение в ближайшем времени…

Он повернулся было уходить, но напоследок сказал ещё вот что:

— Буду рад видеть вас в числе моих помощников — переходите на городскую электростанцию, там есть вакантное место механика…

Тут уже я призадумался.

— Мне очень лестно ваше предложение, Александр Степаныч, но право, у меня ещё много незаконченных дел в своей коммуне… если нужна будет какая-то помощь, обращайтесь, помогу без вопросов, но вот так, чтобы с концами переходить… в любом случае было чрезвычайно интересно с вами пообщаться.

И Попов удалился по направлению к своей электростанции, а я сел было сочинять очередной блок макаронной линии, но сразу вспомнил, что надо бы организовать транспортировку дизелей с ярмарки. Решил попросить помощи у Фрола, он вроде бы мужик адекватный. Фрол выслушал мою просьбу, смощившись, но отказать не решился, как-никак гражданин в фаворе у биг-босса.

— Иди на конюшню… да, она в начале оврага, там найдёшь старшего конюха Аристарха, скажешь, что я распорядился выдать тебе телегу и двух лошадей. На два часа, не больше.

Рассыпался в благодарностях и побежал истребовать гужевой транспорт согласно распоряжению начальства. Аристарх был очень занят, очень бородат и очень зол, ладно, что не на меня. Для начала он вызверился в пространство в том смысле, что последних лошадей забирают, на чём работать-то? Но тут же сменил гнев на милость и лично запряг в телегу двух вороных коней… а может и кобыл, я в этом деле специалист никакой.

— Сам-то управлять умеешь? — спросил меня Аристарх.

Я робко сказал, что попробую, но он, видя мою робость, тут же прикрепил к телеге и кучера, мальца чуть постарше меня, назвавшегося Ванькой. Вместе и покатили через мостик на ярмарку. По дороге, хотя и недалеко было, но он, этот Ванёк, сумел достать меня расспросами про нашу коммуну, про Сулейку и про Максима Горького — тут, оказывается, все и всё про всех знают. И под конец попросился, чтоб и его тоже приняли.

— А чего ты умеешь делать? — спросил уже я его.

— С лошадьми вот умею обращаться.

— Это я уже понял, но может ещё чего-то? А то лошади у нас в коммуне не в приоритете.

Тот задумался и сказал, что стреляет хорошо, у них в деревне на Керженце все стреляли метко. И ещё знает, как зверей выслеживать и птицу бить.

— Я подумаю, — отвечал я, — может и сгодишься ты нам, завтра видно будет. А мы уже и приехали.

Ванька затормозил возле дизельного павильона, а на пороге там уже стоял разлюбезнейший Людвиг Карлович с широко расставленными руками, символизирующими его гостеприимство.

— Сейчас я позову пару грузчиков от соседей, — и он кивнул куда-то направо, — затащим моторы на вашу телегу.

Через полчаса мы уже громыхали обратно по мостику, я придерживал один из дизелей, погрузили его не очень ровно, как бы не свалился в речку родимый. Но всё обошлось — вызвал всех ребят из нашей мастерской, и мы впятером уже как-то с божьей помощью перегрузили моторы в пустой угол нашего цеха.

— Вместо паровых машин будут, — гордо сказал я, — когда всё было закончено. А это Ваня, с конюшни местной, просится к нам в бригаду.

Пацаны обступили Ваню и тоже начали его расспрашивать, что мол и как и почему. Когда они угомонились и Ваня слинял обратно на свою работу, спросил у общества — как мол, пойдёт такой новый работник или нет?

— Да сгодится наверно, — ответил за всех Лёха, — чем больше народу, тем лучше.

— И ещё двое беспризорников с ярмарки к нам с утра просились, — вспомнил я.

— Я видел, — признался Пашка, — как ты с ними базарил. Знаю обоих, нормальные пацаны, не подведут, если что.

---

Прошла неделя.

Матвей Емельяныч выдал своё начальственное добро на расширение нашей коммуны, так что нас теперь не четверо, а семеро — два беспризорника прибавились, Алтын с Гривенником, и конюх Ванька без прозвища. В семь пар рук макароно-агрегат гораздо быстрее начал строиться, так что сегодня мы проводим показательный замес и выдачу первых пудов (вот никак на метрическую систему никто переходить не хочет) готовой продукции. Трёх разных сортов. С цветом я вопрос решил, он теперь однородный… ну почти что однородный, не будем излишне придираться. Рекламная кампания стартует на следующей неделе, а продажи через две, так босс распорядился.

Алексей Максимыч заходил к нам, и даже не один раз — полюбовался на художественно выполненную вывеску, один из апостолов оказался у нас не лишённым зачатков художественного дарования, он и нарисовал. Макароны Горькому тоже понравились. И ещё он с собой фотографа привёл, тот отщёлкал целую пачку снимков, а на следующий день в «Нижегородском листке» появилась статья про нас, не на первой странице, конечно, на третьей, но немаленькая, на поллиста. Горький сказал, что вскорости отбывает в Петербург, дела издательства зовут, но он обязательно найдёт время продолжить наше знакомство.