— Только для вездехода.
У Иктоса от удивления отвалилась челюсть.
Этим он сразу снял мои сомнения. А человек в белом сунул руку в перчатке под приборный щиток и извлек на свет божий дорожную карту, отпечатанную на пластике.
— Вилла “Куб”. Вы знаете, где это?
Я недовольно кивнул в сторону пораженного Иктоса:
— Спросите у него.
Теперь я видел, что они точно не знают друг друга.
— Вилла “Куб”? — Бывший грек наконец совладал с собой. — Это рядом. Вы проскочили мимо.
— Похоже, места тут не густо заселены.
— Да уж…
— А дальше? Совсем, наверное, пустоши?
— Там лес. И болота. — Иктос теперь сгорал от любопытства. — Там дальше даже вездеход не везде пройдет.
Человек в белом ухмыльнулся:
— Хочешь заработать бумажку?
Он смотрел на меня, и я хмуро откликнулся:
— Смотря какую…
— Разумеется, не самую мелкую.
Иктос завистливо кашлянул, показывая, что он тоже не прочь заработать не самую мелкую бумажку, но человек в белом и бровью не повел:
— По запаху слышно, что у тебя неплохой цветник. Розы?
Он внимательно смотрел на меня. Он был такой чистенький, такой беленький, что лучше бы ему не закатывать глаза — вылитый покойник.
— Что есть, то есть, — проворчал я.
— Нарежешь бутонов? Хочу удивить Раннера.
— Разве он приехал? — спросил я.
— Разве он уезжал? — удивился человек в белом.
— Разве он собирался приехать? — подвел итог Иктос. Ему явно не хотелось, чтобы на неожиданном госте заработал только я. — Мистер Раннер всегда сообщает о приезде заранее. И о гостях. — Он подозрительно почесал голову. — О гостях я ничего не слышал.
— Ты с виллы “Куб”? — Человек в белом цепко осмотрел Иктоса. — Судьба справедлива.
— Почему это?
— Ты же говоришь, что хозяина нет. Значит, розы мне не нужны. Могу сэкономить на бумажке.
— А чего экономить? — возразил грек, победоносно поглядывая на меня. — Едем в “Куб”. Я нарежу бутонов за полцены. Вы же к мистеру Раннеру ехали.
— Тогда прыгай в машину, — приказал человек в белом. И добавил, подмигнув: — Сосед у тебя какой-то необщительный.
Не знаю, что ответил Иктос. С веранды донесся голос Беллингера:
— Айрон!
— Иду, — откликнулся я.
Появление человека в белом мне не понравилось.
— Айрон!
Я уложил лесенку под стеной и, не торопясь, поднялся на веранду.
— Не больно ты тороплив. — Старик сердился. — И что это за имя такое — Айрон? Где такое нашли? — Он не удержался и процитировал: —
— Родители.
Старик удрученно уставился в кофейную чашку.
Что он видел на ее дне, в мутных, расплывшихся разводах? Тень незнакомого мне человека? Или очертания неизвестных домов?
Не знаю.
Я не мог выбросить из головы рукопись.
Что заставило промышленника Мата Шерфига изменить путь? Ведь немец убил его эскимосов и гордость Дании поэта Рика Финна. Что ожидало промышленника на тайной метеостанции? Я даже покачал головой, и старик заметил это.
— Айрон, — сказал он. — Сегодня нам понадобится обед. Не надо никаких ухищрений. Что-нибудь такое, ну, не совсем примитивное. Ты ведь справишься?
Я кивнул.
— Во сколько мы ждем мистера Ламби?
Беллингер насторожился:
— Зачем тебе это знать?
— Чтобы все приготовить вовремя.
— Займись обедом прямо сейчас, и ты успеешь.
— Но мистеру Ламби надо будет открыть ворота.
— Он просигналит, и ты услышишь. — Старик темнил, и я не мог понять — почему.
— Запомни, — заметил он не без торжественности, — я не люблю, когда нарушают гармонию.
Я кивнул.
Долгое одиночество не прошло для старика бесследно.
— Айрон Пайпс, — выпрямился он в кресле. — Когда-то я писал книги. Тебе это, наверное, не совсем понятно, но написание книги — это всегда тайна. Не важно, чему посвящена книга, если она настоящая, она всегда связана с тайной. И еще с будущим. Если ты даже написал о короле Артуре, ты все равно коснулся будущего. Когда я начинал очередную книгу, Айрон, я думал о совершенно невозможных вещах. Иногда я хотел возродить прошлое, но всегда получалось так, что я пишу о будущем. Это мне и Сароян говорил. А ведь когда я писал свои книги, Айрон, я просто вспоминал о том, что уже произошло… Я же не мог знать про то, что случится в будущем… Когда-нибудь… Например, сейчас…
— И про меня не могли знать?
Моя тупость его поразила:
— Ты считаешь себя некоторой величиной?
Я пожал плечами.
Он задумчиво оглядел меня.
— Когда я писал “Генерала”, Айрон, я ничего не знал о том, что произойдет в следующей главе. Мне кто-то нашептывал слова, а я записывал. Я даже не сильно задумывался. Просто ставил перед собой пишущую машинку и отстукивал столько страниц в день, сколько мне было нашептано. Кем? Откуда я знаю? Нет, нет, не Сароян, — замахал он руками, ужасаясь моей нелепой догадке. — Молчи! Ты, наверное, знал каких-то Сароянов, но мой был не из них. Просто я умел подслушивать вечность. Это не у всех получается.
Он закончил с тоской:
— Вот у тебя, Айрон, получается?
Я пожал плечами. Я никогда еще не видел его столь говорливым. Может, так на него действует ожидание встречи с мистером Ламби?
И вздрогнул.
За глухими воротами виллы “Герб города Сол” раздался чей-то уверенный голос.
