– Спасибо тебе.
Тэрон подмигнул.
– Всегда пожалуйста.
Как оно обычно и случалось, когда Тэрон оказывался рядом и на нем была только футболка, Мелинда невольно начала разглядывать его татуировки. Почему-то ей казалось, что каждый раз она находит новые. Когда ее внимание зацепилось за крупное черно-белое изображение Франкенштейна, в голову пришла безумная идея.
– Где ты делал свои татуировки?
Тэрон взглянул на нее с ноткой непонимания.
– В каком смысле?
– Ну, ты делал их в каком-то одном салоне или…
– В разных штатах, но большинство набил здесь, в Нью-Йорке. А что?
– Перед тем как пойти в квартал, мы можем заскочить в тату-салон?
Парень осклабился, всем своим видом напомнив девушке хитрого лиса.
– Не хочешь ли ты сказать, что решилась на тату?
– Вполне возможно, – уклончиво отозвалась девушка.
К пяти часам вечера молодые люди сидели в стенах тату-салона с антуражным названием «Кошачья голова». Устроившись в вестибюле на маленьком черном диванчике, они дожидались очереди на сеанс. Оказалось, что владелец салона, Рэй Рэйнольдс, является одним из самых востребованных татуировщиков по всему восточному побережью, и попасть к нему на сеанс – настоящее чудо. Но кто бы сомневался, что мистер Рэйнольдс окажется добрым другом Тэрона, который с удовольствием пустит его вне очереди. Примерно через полчаса, когда из кабинета вышел счастливый клиент с перемотанным предплечьем, Рэй выглянул в вестибюль и жестом пригласил молодых людей войти. Если зона ожидания «Кошачьей головы» выглядела сдержанно и, можно даже сказать, по-деловому, то кабинет хозяина был полной противоположностью. Ярко-зеленая кушетка, ростовые фигуры марвеловских супергероев, высившиеся до потолка витрины с баночками краски и гиковскими статуэтками, но самое невероятное – это развешанные по стенам картины и фотографии довольных клиентов.
– Подумать только – меня решил почтить своим визитом сам Тэрон Форбс! Гроза мира комиксов! – Рэй поприветствовал парня крепкими объятиями. На вид мужчине было около тридцати: щуплый, в пестрой мешковатой одежде, с обритой наголо головой и примерно одного с Тэроном роста. Приглядевшись внимательнее, Мелинда отметила, что помимо латино-американской внешности, мужчина обладал маленькой татуировкой на скуле и тоннелями в ушах. – Для меня это большая честь, мужик. Нынче ты знаменитость.
– Ох, чья бы корова мычала, – отозвался Форбс. – О тебе постоянно пишут в журналах, а еще ты забивал самого Джонни Деппа и еще кучу других звезд.
Рэй похлопал Тэрона по плечу.
– На фоне бешеных рейтингов твоего последнего комикса, все мои заслуги – сущая хренотень. Можешь не прибедняться, Форбс, потому что не пройдет и года, как ты станешь суперзвездой. Помяни мое слово, у меня на таких как ты глаз наметан.
Тэрон не смог спрятать радостной улыбки.
– Спасибо на добром слове, – сказал он, после чего посмотрел на Мелинду, которая бесшумно бродила по помещению и с интересом разглядывала развешанные картины. – Кстати, это Мелинда Джонс, моя… подруга. – Когда парень привлек внимание девушки и встретился с ней слегка смущенным взглядом, то указал на приятеля рукой: – Мелинда, это Рэй Рэйнольдс, талантливый засранец и мой добрый друг.
– Очень приятно познакомиться, мистер Рэйнольдс. – Мелинда подошла и пожала мужчине руку. – У вас клевые работы.
– Святые, никаких мистеров. Называй меня просто Рэй, идет? К черту формальности, мы ведь не во дворце.
– Окей.
Мужчина подмигнул, а затем в звонком хлопке соединил ладони. Поочередно наградив молодых людей выжидающим взглядом, он на выдохе произнес:
– Ну, рассказывайте.
– По телефону я сказал, что Мелинда решилась на свою первую татуировку, – взял слово Форбс. – И по такому случаю я не мог не нарисовать несколько эскизов… – Парень снял с плеча рюкзак, расстегнул молнию и достал скетчбук.
– Когда ты успел их нарисовать? – с восторгом спросила Мелинда, перенимая альбом в свои руки.
– Поверь, после Четвертого июля у меня было предостаточно времени, – Тэрон ухмыльнулся, заметив, как зарумянились ее щеки. – Я запомнил, что ты хотела набить Битлджуса и… позволил себе помечтать, что, возможно, тебе понравится один из моих набросков.
– Они потрясающие! И это вовсе не наброски, а полноценные картины! – воскликнула Мелинда, и в ее словах было столько радости, что парни озадаченно переглянулись. – Только теперь я не знаю, какой выбрать. Все они потрясающие.
В своем неповторимом стиле, Тэрон изобразил три великолепных эскиза с ее любимым персонажем: на первом растрепанный Битлджус гримасничал и показывал ладонями «сердечко», на втором рисунке хитро ухмылялся и посылал зрителю воздушный поцелуй, а на третьем предстал в дуэте с Лидией, которую неуклюже обнимал руками за плечи и выглядел при этом как обычно: безумно, весело и очень счастливо. Каждый эскиз Тэрон выполнил в двух вариантах – цветном и черно-белом.
– Я даже не знаю, в каком цвете хочу татуировку… – пожаловалась Мелинда, заново просматривая эскизы. – Очень сложно остановиться на каком-то одном рисунке, они нравятся мне одинаково.
