Аллан проводил гостя до прихожей и запер дверь на замок, чего при свете дня практически никогда не происходило. В голове Мелинды пронеслась тревожная мысль: бойфренд напуган, а это, в свою очередь, означало, что их положение ухудшилось – баланс уверенности и спокойствия пошатнулся.
Не говоря друг другу ни слова, молодые люди двинулись на кухню. Перед тем как сесть за стол, Аллан подошел к невысокому шкафчику в углу кухни, внутри которого размещалась коллекция элитного алкоголя, некогда принадлежавшая Себастьяну. Вытянув наугад первую попавшуюся бутылку виски и три стеклянных стакана, он поставил их перед Тэроном и Мелиндой, а затем щедро наполнил янтарным напитком. Неотрывно глядя на колыхающуюся жидкость, он шумно выпустил носом воздух, резким движением взял стакан, поднес к губам и одним глотком опустошил наполовину. Помотав головой, парень зажмурился и сдавленным голосом проговорил:
– Да к черту все это! – И безжалостно прикончил остатки виски. – Тэрон, мне нужно с тобой поговорить.
– Я знаю…
– Тэрон, нет, послушай…
– … знаю, что ты убил Себастьяна.
Аллан подавился, выпустив из руки стакан. Изящный хрустальный сосуд с громким звоном разбился на маленькие полупрозрачные осколки, разлетевшись по кафельному полу кухни в разные стороны. Пока Аллан жадно ловил ртом воздух и пытался прокашляться, Мелинда, абсолютно шокированная услышанным, отсутствующе смотрела прямо перед собой, осознавая, что
– И знал об этом с первого дня приезда, – добавил Тэрон тем же спокойным голосом, когда Аллан стал понемногу приходить в себя. – Я был уверен, что ты расскажешь мне сразу, но… вы, как партизаны, уверенно держались до последнего. – Посмотрев сначала на Мелинду, а затем на Аллана, он сказал: – Я уж думал, что вы не сознаетесь.
– Откуда… откуда ты узнал? – Голос Аллана звучал надсадно и хрипло. Посмотрев парню в лицо, девушка увидела, что его глаза покраснели. – Пожалуйста, скажи…
– Скажем так: было нетрудно догадаться.
Аллан открыл было рот, чтобы ответить, но внезапно губы Тэрона изогнулись в ухмылке.
– И да, я не собираюсь вас сдавать или осуждать.
– Но, Тэр…
– Как бы странно это ни звучало, но я всегда знал, что произойдет нечто подобное. У вас, Мортисов, уже давно не было шансов стать нормальной семьей. – Парень пригладил рукой непослушные белые волосы, сцепил ладони в замок и завел их за голову. – Тебе ли не знать, каким налетом ненависти была покрыта ваша совместная жизнь. Бенджамин всегда тайно завидовал Себастьяну, ущемлял своих детей и пытался контролировать все, до чего только мог дотянуться. Аарон тому доказательство. – Тэрон взял в руку наполненный стакан, покрутил его и сделал глоток. – Что же до Себастьяна, его истинное лицо я увидел, еще когда был ребенком. Он обманывал смертных женщин, чтобы насладиться их кровью, подначивал Натаниэля издеваться надо мной, врал деду и приставал к Джубили. Не хочу тебя обижать, приятель, но твой старший брат был лукавым подонком. Он не любил никого, кроме себя, однако умел хорошо притворяться. Тебе и самому известно, что за глаза Себастьян бесконечно на тебя жаловался, обсуждал твои несовершенства и даже соглашался с прозвищем, которое дал тебе Нейт. Я не раз становился свидетелем разговоров дяди и твоего брата, из которых становилось ясно, что Себастьян – отъявленный говнюк. Знал, что однажды он причинит тебе боль, поэтому нисколько не осуждаю за то, что ты сделал. – Тэрон допил остатки виски и, посмотрев на друга, сказал: – Потому что ты всегда был хорошим человеком, Аллан.
Мелинда бросила взгляд на бойфренда: растрепанные волосы, поникшее лицо и слегка приоткрытый рот придавали всему его облику налет почти детской невинности. Когда Аллан сглотнул, по его щеке скатилась слеза. Душевная боль будто стянула в тугой узел внутренности Мелинды: девушка мысленно перенеслась в тот день, позволяя чудовищному горю просочиться наружу.
– Вся эта заваруха началась по моей вине, – покачав головой, прошептал он. – Обстоятельства могли сложиться иначе, если бы мне хватило ума придержать язык и не обвинять Вэллу в смерти Мелинды.
Тэрон казался удивленным.
– Я уверен, что в этом нет твоей вины, старик.
– Если в этом правда не было моей вины, я бы не чувствовал себя так паршиво. Ты представить не можешь, через какой ад мне приходится проходить ежедневно. – Аллан прижал ладони к лицу. – Боже, до сих не могу поверить, что я спровоцировал гибель стольких людей! Не кто-то другой, а я, Тэрон! Я!
– Аллан. – Предчувствуя назревающую истерику, Форбс подался вперед, протянул руку и положил ее на плечо друга. – Расскажи мне все с самого начала.
