За неимением подходящего ответа, Мелинда хмуро кивнула. Было интересно узнать, о какой таинственной незнакомке говорил Форбс, и в какой-то момент она уже была готова озвучить свой вопрос, как вдруг зазвонил телефон. Мелинда мгновенно забыла про свое любопытство. С экрана на нее глядели два ясных, цвета блестящего металла, глаза в сочетании с очаровательной улыбкой. Любимое селфи Аллана, которое пару месяцев назад девушка установила на его контакт. Почувствовав мгновенный прилив радости, Мелинда приняла вызов и прислонила к уху смартфон.
– Аллан, привет… пентхаус… он невероятен! – Возбужденно оглядываясь по сторонам, она прощебетала: – Что? – Уголки ее губ невольно подернулись в улыбке, которая за долю секунды превратилась в широкую и ослепительную. – Переключиться на ФейсТайм? Да, конечно, могу…
Через пару секунд на экране появилось лицо Аллана. Такое же красивое, как и на снимке, только живое и в настоящем времени. Тэрон подошел к девушке слишком близко. До носа долетел запах кремового мыла, которым он, по всей видимости, воспользовался накануне в душе. Пытаясь втиснуться в угол обзора фронтальной камеры, Форбс наклонился, и их с Мелиндой лица оказались на одном уровне.
– И тебе привет, бро, – раздался из динамика громкий голос Аллана. Мелинда с грустью подметила, что, несмотря на отличную интернет-связь и четкое изображение, голос молодого человека звучал иначе: был неживым и далеким. – Не жарко в толстовке? Прогноз сообщает, что в Нью-Йорке уже девяносто шесть градусов[21]…
– Ой, заткнись, пожалуйста! Шутить о таких вещах равносильно подстегиванию больного раком тем, что он скоро умрет.
Аллан томно закатил глаза.
– Я же шучу, расслабься, – сказал он, а в следующую секунду поинтересовался: – Как вы долетели? Все нормально?
После того как Тэрон и Мелинда рассказали Аллану о поездке, то перешли к обсуждению более насущных вопросов. Когда они заговорили на тему питания, с начала разговора успело пройти тридцать минут. И все это время Мелинду не покидало ощущение какой-то неправильности. Пускай с лица Аллана не сходила улыбка, а речь звучала как обычно – бодро и воодушевленно, она улавливала исходящую от него нервозность, необъяснимую усталость и еще много серых импульсов, которым не могла найти объяснения.
– Раз в три дня к вам в одно и то же время – в час дня – будет приезжать курьер и привозить кровь в боксах. Все услуги я оплатил, так что вам беспокоиться не о чем.
– Звучит отлично, – пробормотал Форбс. – А что нам делать с тачкой?
– Об этом я тоже позаботился. – Аллан кивнул, после чего продиктовал название и адрес салона, в котором они смогут выбрать любой понравившийся автомобиль. – Оплатишь карточкой, ладно?
Тэрон согласно промычал.
– В общем-то, обо всем важном я сказал… – Аллан задумчиво отвел взгляд в сторону, словно пытаясь что-то вспомнить. – Я рад, что все сложилось так хорошо. А сейчас мне нужно идти… – Он устало провел рукой по лбу. – Самолет через два часа, и мне следует выезжать сей…
Внезапно из динамика вырвался совершенно неуместный, грохочущий звук – словно в комнате уронили какой-то тяжелый предмет мебели или со всей дури хлопнули дверью, – в мгновение вырвавший Мелинду и Тэрона из спокойного умиротворения. Молодые люди быстро переглянулись. Аллан, собиравшийся уже положить трубку, обеспокоено посмотрел куда-то в сторону, сверкнул глазами и с силой сжал челюсти.
– Что у тебя там происходит?
Аллан не реагировал несколько долгих секунд, и Тэрон возобновил свою попытку достучаться до друга:
– Алла-ан! Земля вызывает Аллана. Ты меня слышишь?
– Д-да… – Парень снова повернулся к экрану. – Ничего страшного, просто дверь захлопнулась. Наверное, сквозняк.
– Какой-то агрессивный у тебя сквозняк.
Аллан сглотнул, а через секунду пожал плечами.
– Ладно, пойду я, – спешно пробормотал он. – Будьте осторожны, вечером созвонимся. – И так же торопливо положил трубку.
Мелинда сунула телефон обратно в карман и повернулась к Тэрону, который выглядел не менее обескураженным, чем она сама.
– Что это было?
Тэрон задумался.
– Знаешь, у парней ведь тоже случаются критические дни…
– Нет, я серьезно! Он весь разговор был каким-то встревоженным.
– Вампирка, ты себя накручиваешь, – отмахнулся от нее парень, принявшись разглядывать пентхаус. – Да, он нервничает, но его можно понять. Аллан уже год скрывает серьезное преступление от властных вампиров, с которыми работает, постоянно общается и, можно сказать, родственно связан. – Тэрон подошел к двери в конце гостиной и повернул ручку. – И надо признать, что держится он отлично.
В сотый раз поставив себя на место бойфренда, девушка тяжело вздохнула и решила, что Тэрон прав: Аллан уже давно находится на пределе и устал быть зависимым от обстоятельств. Но едва Мелинда успокоилась, как встрепенулась по другому поводу. Скрестив руки на груди, она, привлекая внимание парня, прочистила горло. Когда Тэрон обернулся, девушка спросила:
– Выходит, Аллан не в курсе, что ты торгуешь этой мятой?
