- Дядя Миша! Тётя Соня!
Михаил невольно крякнул, когда крепкое девичье тельце бухнулось в него с силой ядра небольшой пушечки, подхватил малышку на руки:
- Ух ты, как ты выросла!
- Мне уже пять, - Катя вздохнула, вспомнив, что обманывать нехорошо и неохотно добавила, - ну, почти.
- Красавица, - Софья поправила так и норовящую свалиться на глаза девочки шляпку, - вся в маму.
- И папу тоже, - Катюшка хотела позвать брата, но тут же отвлеклась, широко распахнутыми глазами глядя на офицера в самой настоящей бурке.
Восторженная девочка тут же решила, что это и есть тот самый легендарный Затонский оборотень, а рядом с ним непременно идёт его девушка, Василина. Катюшка вздохнула, проследила зачаровавшую её пару взглядом до поворота и тут же заприметила мужчину с длинной белой бородой, похожего на зимнего духа из подаренной папой сказки.
- Ты чего притихла Катюша? - Анна озабоченно посмотрела на дочурку, обычно непоседливую, как вода в лесном ручейке. - Устала?
- Ма-а-ам, смотри, - Катя ткнула пальцем в даму в роскошном бледно-голубом туалете, с тонкой отливающей серебром вуалью, - ледяная дева.
- А вон там горец, - благоговейно выдохнул Гриша, - ух, какой у него кинжал!
Катя посмотрела на черноглазого черноусого мужчину, на поясе которого висел в золочёных ножнах кинжал, и пренебрежительно дёрнула плечиком. С точки зрения малышки этот горный кот никакого интереса не представлял, да и клинок у него самый обычный, висит на виду, ничем не прикрыт. То ли дело лезвие в папиной трости... Яков Платонович, поймав хищный взгляд дочери, строго нахмурился, трость переложил в другую руку, от греха подальше. Анна сей манёвр мужа заметила и улыбку таить не стала, даже хихикнула негромко, озорно блеснув голубыми глазами, в сиянии коих плавилось сахарным сиропом сердце сурового следователя.
- Вы подлец! - прерывистый от возмущения голос привлёк внимание всех, входящих и выходящих на перрон.
Михаил Платонович нахмурился, неодобрительно поджал губы и поспешно потянул приехавших в сторону экипажа:
- Идёмте.
- Да-да, не стоит задерживаться, - подхватила Мария Тимофеевна, не терпящая скандалов (если только не сама она их устраивала).
Яков Платонович и Виктор Иванович, наоборот, замедлились, посматривая в ту сторону, откуда долетели гневные слова. Они оба прекрасно знали, что подобные фразы не растворяются в воздухе, а сгущаются, уподобляясь грозовым тучам, кои разражаются дуэлью.
- Вы подлец, - с прежним пылом, но уже тише повторил стройный черноглазый брюнет, военная выправка которого была заметна даже в модном штатском платье.
Рыжеволосый крепкого телосложения мужчина в тёмно-синем костюме, к которому, по всей очевидности, были обращены оскорбительные слова, пренебрежительно усмехнулся:
- А Вы глупец, неудивительно, что известная нам особа предпочла меня.
Брюнет вспыхнул, словно фитиль от огня, весь так и вскинулся, сжимая кулаки, стоящие поодаль друзья поспешили к нему, дабы предотвратить совсем уж безобразную сцену.
- Олег Дмитриевич, право слово, уйдите, видите же, не в себе он! - крикнул один из друзей.
Рыжеволосый господин зло дёрнул уголком губ:
- Пусть водички попьёт, коли нервы слабые. Прощайте, господа!
Олег Дмитриевич ушёл, посмеиваясь и негромко напевая какой-то фривольный мотивчик. Брюнет зарычал, рванулся было за ним, но был остановлен друзьями.
- Угомонись, Аркадий, - увещевал приятеля тот, который уже взывал к благоразумию Олега Дмитриевича, - долго ли до беды!
- Я убью его! - выдохнул Аркадий, стискивая кулаки и так сверкая чёрными глазищами, что будь у него хоть капля волшебной силы, от обидчика осталась бы лишь жалкая горстка пепла. - Богом клянусь, я убью этого мерзавца!
- Не думал, что когда-нибудь скажу это, но, по-моему, Олег Дмитриевич прав, тебе действительно надо нервы подлечить, - прогудел белый, похожий на ожившего снеговика мужчина. - Экая горячка, право слово.
- И было бы из-за кого! - подхватил другой.
- Не смей так говорить о ней! - так и взвился от слов приятеля Аркадий, а наблюдавший за ним Штольман невольно поморщился, вспомнив, как сам с тем же с пылом безумца готов был защищать от любого дурного слова госпожу Нежинскую.
Боже, каким же слепым глупцом он был, как долго не замечал холодной расчётливости фрейлины, её интриг, дурных связей, заговоров и готовности идти и по головам, если они приведут к желанной цели. Только встретив Анну, такую искреннюю в каждом своём порыве, с его глаз стала спадать ядовитая пелена, нежные чувства, коих он и сам признавать не хотел, брали власть над чёрной страстью и привычкой. Яков улыбнулся жене, с материнским состраданием взирающего на горячего юношу. Да, Аннушка никогда не станет сталкивать поклонников лбами, как не станет и избавляться от одного любовника руками другого. Она самый настоящий ангел, его ангел-хранитель.
- Надеюсь, дуэли не будет, - Анна прижалась к плечу Якова.
Штольман помолчал, успокаивающе поглаживая ручку жены:
- Полагаю, ты права. Слова сказанные в пылу ссоры редко переходят во что-то серьёзное. Друзья юноши настроены миролюбиво.
