месте и в другое время. Сейчас она могла лишь смерить
англичанина презрительным взглядом и отвернуться. Но
едва она нагнулась, чтобы поднять лежавшие на земле
чашки, как почувствовала похотливое прикосновение муж-
ских рук к своим ягодицам. Вся вспыхнув, Элин выпрями-
лась, дрожа от гнева, и повернулась к матросу. Тот, очень
довольный своей выходкой, произнес:
Что уставилась? Хочешь, чтобы я поцеловал тебя?
И тут же, не дожидаясь ответа, под крики и улюлюканье
матросов фрегата он попытался обнять ее, но она отчаянно
противилась. Отбиваясь, нащупала чашки, лежавшие на
повозке, и одной из них так хватила его по голове, что чаш-
ка разлетелась на части. Ошеломленный таким приемом и
немного протрезвевший матрос отпустил Элин, а рабы
сдержанно улыбнулись: открыто показывать удовлетворе-
ние было небезопасно.
Такой ответ привел в бешенство английского матроса.
Ударом кулака в лицо он опрокинул жертву навзничь, а за-
тем схватил толстый прут, валявшийся поблизости, и наот-
машь стегнул им. Ирландка вскрикнула и на ее щеке зар-
делся багровый отпечаток гибкого дерева. Еще взмах – и
прут прошелся по голому предплечью женской руки, вытя-
нутой для защиты.
106
Капитан «Дьявол»
Удары сыпались один за другим, вызывая смех и крики
солдат и матросов. Элин старалась уворачиваться от без-
жалостного прута, но пьяный негодяй не отставал. Он не
прекратил истязания, когда Элин попыталась встать и она
вновь упала, нанес ей удар в живот и с удвоенной яростью
принялся хлестать и топтать почти недвижимую, полуза-
дохнувшуюся ирландку, беспомощно валявшуюся в пыли.
Кинг наблюдал за этой сценой с того момента, как гли-
няная чашка разлетелась на голове англичанина. Он видел, как избивают женщину, как к ней рванулся Свирт, но его
остановил Скарроу, молча показавший в сторону охраны.
Солдаты, видимо, оценили настроение рабов и взяли муш-
кеты наизготовку. Щелканье курков мгновенно остудило
благородный гнев католиков – первый, кто осмелится по-
мочь ирландке, будет убит. Беспомощная женщина крича-
ла, и эти крики болью отдавались в сердцах осужденных.
Зажав уши, отвернулся Майкил, проливая слезы, с багро-
вым от злости лицом стоял, сжав кулаки и зубы, Скарроу, ннавидящим и глазами на ублюдка взирал Питер. Сам Кинг
чувствовал, как гнев и ненависть, словно два адских меха, раздувают огонь в его груди. Он попытался унять дергаю-
щуюся щеку, но его усилия были напрасны, он хотел не
слышать отчаянные крики, но совесть запрещала ему сде-
лать это. Мускулы его напряглись, кровью налились глаза, терпение ирландца быстро истощалось, а вместе с ним ис-
чезало и благоразумие. У Сэлвора уже не было сил видеть
эту жестокую и бесчеловеческую картину, он забыл, что без
него не будет побега, что на него надеются товарищи и, если он вмешается, то в лучшем случае его ждет смерть –
Кинг забыл вс! Новый удар ногой по телу Элин разбил и
чашу терпения меченого ирландца.
Смотрите, что это?
Солдаты, моряки, рабы – вс посмотрели в ту сторону, куда показывал Сэлвор, но там не происходило ничего осо-
бенного. Однако их внимание на краткий миг было отвлече-
но, а этого он и добивался.
В мгновение ока он перемахнул через фальшборт и
прыгнул к негодяю. Страшный удар, в который Кинг вложил
всю силу и злость, выбил у англичанина не только зуб и
107
Эмиль Новер
кровь, но и сознание. Отлетев на несколько шагов, матрос
растянулся без чувств.
Страшный гнев, туманивший разум ирландца, еще не по-
кинул его. Кинга вывели из себя, значит, плата за это будет
немалой. Он подскочил к валявшемуся англичанину, нагнулся
над ним, это спасло ему жизнь, и пули, предназначавшиеся
для его головы, просвистели над ним и впились в дерево ко-
рабля. Приподняв грузное тело, Сэлвор нанес еще два быст-
рых удара, едва не сломав моряку челюсть. Тут Кинг услышал
брань надсмотрщиков и немедленно выпрямился. Перешаг-
нув через тело, ирландец вдруг пригнулся и перебросил напа-
давшего англичанина через себя. Второй попытался нанести
удар, но Сэлвор, остановив надсмотрщика, ответным ударом
в лицо сбил его с ног.
Солдаты не стреляли: на одного раба набросилось не
менее десятка англичан. Ирландец дрался со всеми сразу, нанося удары и отражая их, получая такие же подарки, но
продолжал твердо стоять на ногах. Наконец одному из мат-
росов удалось свалить раба, ударив по его ногам обломком
весла. Озверевшие англичане, несомненно, забили бы его, но старший надсмотрщик, с трудом, отнял собственность
губернатора. Передав возмутителя спокойствия своим под-
чиненным, он приказал вести его в дом губернатора на суд
главы острова. Матросы хотели расправиться с ним немед-
ленно, но старший надсмотрщик заявил, что губернатор
является представителем британской короны в колонии и, следовательно, только он имеет право распоряжаться жиз-
