«Ах, как я хотел бы, чтобы адмирал поторопился и прислал кого–то старшего сюда, — горячо подумал Дентон. — Меня не волнует, если это обернется эскалацией. Я чертовски доволен тем хорошим, что я делал до сих пор, но я ужасно устал ждать. И будь я проклят, уверен, что когда он (или она), наконец, доберется сюда, я лично найду ту глубокую задницу, которой принадлежала эта дерьмовая идея и приготовлю на гриле тому, у кого выше класс жалованья, чем у меня!»
Он знал, почему его нервы были даже более напряжены, чем раньше, и глаза его скользили по тактическому дисплею с дата–кодом КФНТ note 6«Камилла». Новотосканский легкий крейсер был почти на тридцать процентов больше, чем «Реприза», а у ФНТ note 7был приличный уровень технологий для звездной системы Пограничья. Он был не так хорош, как у Рембрандтского Флота, или Флота Сан–Мигеля, возможно, но он был на два или три пункта выше средних аппаратных каракулей, ограничивающих «флоты» третьего или четвертого эшелона, как правило чаще встречающихся в этих лесах.
Несмотря на это, и, несмотря на то, что «Реприза» не была скачущим древесным котенком, Дентон вовсе не был запуган огневой мощью большего корабля. Это правда, он чувствовал себя вполне уверенно, дав понять это капитану «Камиллы», так же как и то, что у крейсера не будет шансов против меньшего мантикорского эсминца.
«К сожалению, это не так просто решить, кто кого может развеет в космосе», — подумал он мрачно.
«Камилла» прибыла в Пекуод почти пять местных дней назад, и капитан Сеген немедленно сообщила властям системы Пекуод, что власти Новой Тосканы решили, что будет полезным и целесообразным постоянное пребывание в Пекуоде одного из своих военных кораблей в качестве официального наблюдателя. Это не будет, поспешила она заверить всех в поле зрения, рассматриваться или подразумеваться Новой Тосканой как враждебный акт или как оскорбление суверенитета Пекуода. На самом деле, это была надежда Новой Тосканы, и формальная нота, которую она доставила от министра иностранных дел Кардот и премьер–министра Вежьена, ясно дала понять, что наличие официального новотосканского присутствия в системе поможет охладить страсти, а не подогреть их.
Конечно, так и было. Дентон покачал головой. Если бы он не был убежден, что все «инциденты», на которые жаловались новотосканские торговые шкиперы, были придуманы намеренно по приказу своего домашнего правительства, он, возможно, был бы готов, по крайней мере, развлечься возможностью того, что Сеген говорит правду. К несчастью, он был убежден, что если новотосканское правительство всерьез относилось к намерению положить конец напряженности, все что нужно было сделать – это передать своим капитанам, чтобы прекратили делать то, что они делают. Это означало, что «Камилла» была здесь, очевидно, для чего–то еще, и с этим «чем–то еще» Дентом менее всего хотел иметь дело. В этом, по крайней мере, он не сомневался.
Его рот дернулся в невеселой улыбке, когда он увидел бот энсина Монаган направляющимся к другому судну. Он настучал запрос на своей схеме, и его улыбка исчезла, когда появилось имя КФНТ «Элен Блондо».
«Нет, еще один проклятый новотосканский грузовик! — подумал он. — Черт возьми, они должно быть зациклили всю свою траханую торговлю через Пекуод! Можно подумать, у них не осталось ни одного корабля в…»
Его мысли прервал значок «Элен Блондо», внезапно сменившийся мигающим малиновым символом, который указывал на распространение сферы обломков, летящих в направлении от точки в пространстве, в которой корабль только что взорвался.
– …таким образом, после завершения моего опроса о выполнении задания энсина Монаган и каждого члена ее экипажа в отдельности, мой вывод таков, что их доклады — по отдельности и в составе группы — являются точной информацией о том, что на самом деле произошло во время их подхода к «Элен Блондо», — сказал Льюис Дентон в записывающее устройство своего терминала четырнадцать часов спустя.
Его голос был более, чем немного хриплым, истощенно–шероховатым по краям, и он это знал, как знал, что в докладе, который он записывал, будут показаны его усталые глаза и темные мешки синяков, которые образовались под ними. Хотя было не так много того, что он мог бы сделать с этим. Он должен был отослать этот отчет прочь, и чем скорее, тем лучше. В лучшем случае курьеру понадобится семнадцать дней от Пекуода до Шпинделя, но было меньше шести дней от Пекуода до Новой Тосканы. Он действительно не думал, что кто–то в Новой Тоскане был бы безумен достаточно, чтобы начать какую–то карательную экспедицию против «Репризы» или Пекуода, но он был далеко не так уверен в этом, как хотел бы быть. Не после последнего эпизода.