– Я не утверждал ничего подобного, – возразил мой собеседник. – Кроме того, довольно обидно слышать, что ты предпочитаешь секту душевнобольных моему величественному замку.
– Ты, высокомерный засранец! – возопила я. – Да как ты посмел меня похитить?
– Я дал тебе выбор. Кроме того, тебе нечего было терять.
– Мне нечего было терять? А как насчет моей гребаной жизни?!
– Жизни, исполненной горя и стресса? Жизни, в которой ты носишься по темным ночным дорогам и не заботишься о том, попадешь ли в смертельную аварию на следующем повороте? Жизни, в которой ты напиваешься в хлам, только чтобы вызвать другие мысли? – Рафаэль пристально посмотрел на меня. – Я думаю, что это было спасение, а не похищение.
Воцарилась абсолютная тишина. Моя кровь вскипела, а гнев буквально раздавил меня. Да что он себе позволяет, этот королек с манией величия!
Но я не собиралась доставлять Рафаэлю удовольствие увидеть, как я взрываюсь во второй раз. Если он говорил правду, не было никакого смысла с ним конфликтовать. Я не могла вернуться назад. Портал был запечатан. Я навеки застряла в чужом мире.
– Так, – сказала я. – Расскажи все, что мне надо знать. Если уж я здесь, то хочу быть готовой к тому, что меня ожидает.
Рафаэль кивнул Элайдже:
– Принеси карту. Мы дадим ей урок истории.
Вскоре Элайджа вернулся с огромной картой, куском пергамента и пером.
– Почему здесь все так старомодно? – осведомилась я.
– О, человеческий мир опережает мир окули примерно на два столетия. У нас нет ни автомобилей, ни электричества, ни современного оружия. Водопроводная вода и газовые лампы – большая редкость, и их могут позволить себе только состоятельные окули. Тебе также придется выживать без этой маленькой прямоугольной штуки, к которой люди так привязаны.
– Ты имеешь в виду смартфон? – Я застонала. – Отлично! Просто замечательно! Я проведу всю свою будущую жизнь без интернета!
Что подумает тетя Бетти, когда я не вернусь? Она, наверное, даже не заметит моего отсутствия. Ладно, о ней хотя бы позаботится социальная служба. А что насчет Тайлера? Он, вероятно, начнет искать меня и поднимет на ноги полицию. Полицейские поначалу лениво ответят ему, что я уже достаточно взрослая и вполне могла принять решение исчезнуть бесследно. Даже когда они впоследствии изменят свое мнение и объявят нас с Рафаэлем в розыск, на наш след им напасть не удастся. Через несколько недель полиция переведет меня в разряд погибших и оставит мое дело пылиться в каком-нибудь шкафу. Возможно, мне даже устроят похороны и закопают в землю пустой гроб, хотя я понятия не имела, кто за это заплатит. А через несколько лет обо мне полностью забудут.
И как прикажете тут не расстраиваться?..
Несколько слуг убрали все со стола, а затем Элайджа развернул карту. Размером она была больше меня. В центре находился континент Ральва, омываемый со всех сторон синим океаном. Несколько стрелок по краям указывали на другие континенты, оставшиеся за пределами карты. Упоминались Южные колонии, Западный материк, а к северу – континент под названием Мегра.
Ральва была полукруглой и напоминала полумесяц. На востоке береговая линия была почти прямой, со всех остальных сторон – дугообразной. Королевства были организованы в форме веера, и все сводились к одной точке на востоке, к городу под названием Читра – как объяснил Рафаэль, общей столице континента и нейтральной зоне.
Не спрашивая разрешения, я взяла перо, неловко обмакнула его в чернила и начала грубыми мазками переносить карту на чистый лист пергамента. На латыни я записала названия королевств и их столиц, а также нарисовала ландшафт, как он был показан на карте.
В каждой стране была своя форма растительности. Я не знала, как такое возможно, поэтому решила отнести и этот феномен ко все растущему списку остававшихся неразгаданными загадок. В Акве преобладали океан и пляжи, в Терре – лес, в Иньисе[13] – песок и барханы, а в Каэли – уже известная мне пустыня из похожего на сланец камня. Чьери[14], Солис и Септем[15] казались гористыми, но здесь карта не давала никаких дополнительных подсказок.
– Теперь я хочу знать все о правителях всех стран, – заявила я, закончив рисунок, и перевернула лист пергамента, готовая записать все наиболее важное.
Через полчаса пергамент был заполнен под завязку, и слуга принес мне еще один свиток.
Рафаэль называл пятерых других королей и королев своими братьями и сестрами, хотя у них и были разные родители. У всех были английские имена и разные латинские фамилии. У каждого из правителей был свой волшебный дар. Рэйвен и Дав, повелители Тьмы и Света, также имели по паре крыльев. Рэйвен[16] мог превратиться в черного ворона, а Дав[17] – в белую голубку.
– Значит, их родители не могли придумать ничего лучше, чем назвать их в честь
– Ты с ними завтра познакомишься, – усмехнулся Рафаэль, когда я немного успокоилась. – И я по-дружески посоветовал бы тебе не обращаться ни к Рэйвену, ни к Дав за разъяснениями насчет их имен.