Неужели? Я попыталась вспомнить, когда в последний раз смеялась так же громко и беззаботно, как несколько мгновений назад – и не смогла. Я даже не знала, испытывала ли когда-либо столь неудержимую радость – по крайней мере, в свободное от алкоголя время – с того самого дня, как узнала о смерти родителей.
Но именно сейчас, в этот совершенно абсурдный момент наедине с Рэйвеном, я забыла обо всем остальном. Остались лишь он, да еще снег и ясный зимний холод.
Вероятно, Рэйвен прав. Вероятно, это и вправду был первый раз, когда он увидел меня смеющейся.
– Сделай это еще раз, – попросил он меня.
– Что?
– Посмейся. Я хочу, чтобы ты снова засмеялась.
– Тогда хорошенько постарайся, – парировала я. – Расскажи мне что-нибудь смешное.
– Для этого тебе нужно подойти поближе, – ответил он – и в следующий момент схватил меня за руку. Подтянув к самому краю балкона, он обнял меня за талию и поднял, чтобы перетащить через парапет. Удивленно вскрикнув, я изо всей силы врезалась в грудь Рэйвена, сбивая его с ног. Мы вместе рухнули на пол его балкона, в самую снежную сырость. Я стала ловить ртом воздух – и засмеялась.
– Эй, я вовсе не это имел в виду! – воскликнул он, прежде чем присоединиться к моему смеху. Спустя мгновение мы уже катались по полу, хихикая и кудахча. Его крылья оказались прямо подо мною. Холод вдруг показался мне очень далеким. Бархатистый смех Рэйвена укутывал меня, словно одеяло.
– Что здесь происходит? – раздался вдруг знакомый голос.
Джейн стояла в дверях, уперев руки в бока, и смотрела на нас в совершенном недоумении. Посторонним могло показаться, что мы лишились рассудка.
Или невинности.
Поспешно вывернувшись из рук Рэйвена, я согнала с губ ухмылку.
– Наверное, мне следует принять ванну, – сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь, прежде чем подняться на ноги.
– Мне тоже, – сказал Рэйвен, не обращая никакого внимания на Джейн, лишившуюся дара речи.
Я еще раз посмотрела на него. Он подмигнул:
– Нам обязательно стоит повторить это, милочка.
– Даже и не мечтай! – ответила я, прежде чем исчезнуть в своей комнате с глупой улыбкой на устах.
Я никогда так не мечтала об обжигающем душе. Впрочем, горячая ванна тоже наверняка поможет.
Стянув с себя насквозь вымокшую ночную рубашку, я забралась в ванну. Внезапное тепло заставило меня вздрогнуть. Утешительный вздох сорвался с моих губ, когда я полностью опустилась в воду. Затем я нырнула в нее с головой.
Тишина под водой прояснила мои мысли. Я до сих пор не могла поверить в то, что только что произошло. Я прекрасно провела время с тем, кого ненавидела. По крайней мере, так мне казалось. Но обстояли ли дела так на самом деле?
Я подумала об усталом выражении лица Рэйвена, когда он говорил о грядущей войне. Он мог подчас быть жутким наставником, но королем он был хорошим. Как бы ни ненавидел Рэйвен королевские обязанности, он отдавал всего себя на благо своей страны.
А еще были те редкие моменты, когда он не был ни наставником, ни королем. Я подумала о молодом окулусе, который шутил со своими друзьями, играл на скрипке посреди ночи или танцевал со мной в потайном баре у Валери. Подумала о том, кто забросал меня снежками – и смеялся при этом, словно маленький мальчик.
Я думала о мужчине, которого не могла больше ненавидеть.
Вынырнув на поверхность, я тяжело задышала.
Такие мысли были опасны. Я не могла позволить себе испытывать симпатию к кому-либо вроде Рэйвена. Симпатия могла быстро превратиться в дружбу, а дружба часто перерастала в нечто большее. Я не хотела так рисковать.
В этот момент в дверь постучали.
– Входите! – позвала я. Моего обнаженного тела не было видно в мутной воде.
Кресс просунула голову в дверь. Я удивленно уставилась на нее:
– А ты что здесь делаешь?
– То есть как? – вскинула брови Королева Воды. – Тебе нужно было срочно меня увидеть, помнишь? Я получила твое письмо в два часа ночи!
– Да, правда, – смутилась я. – Извини, что разбудила тебя, но это действительно очень срочно. Мне нужно платье.
– Вот оно что! – Выражение лица Кресс просветлело. – И по какому случаю?
– По случаю «Зимнего банкета».
– Разве Рэйвен пригласил тебя? – не смогла скрыть она своего удивления.
– Нет, конечно! Но я все равно приду. Что за банкет без моего участия?
Кресс даже не стала пытаться меня переубедить:
– Я подожду тебя в вестибюле. Мы едем в Читру.
Мы с Кресс медленно шли по широкому бульвару. Хотя снег прекратился, на ней были плотный плащ из белого горностая, шапка, шарф, сапоги до колен – и, вероятно, не менее трех пар штанов. Нос ее покраснел.
– Ненавижу зиму, – проворчала она.