Он указал на Атласа, только что победившего очередного светоаля, и на Джейн, вместе с Квинн теснившую землеаля. Я быстро окинула взглядом поле битвы. Элементалей оставалось штук пятьдесят.
Учебный плац был полностью уничтожен. Земля вздыбилась; там, где раньше прорастали выдранные Исрой корни, теперь зияли глубокие рвы. Вся поляна была усеяна сожженной травой и разбросанными стрелами; все тренировочные манекены были опрокинуты или разодраны. На земле валялось оружие, нередко покрытое серебристой пылью. И повсюду были тела. Окули, с широко раскрытыми, навеки застывшими глазами, в которых читался страх.
Сколько трупов! Сколько погибших солдат, всего несколько часов назад еще живых и здоровых!
Я с трудом подавила рвотный позыв.
Почему я только сейчас осознала весь масштаб потерь? Неужели меня настолько опьянил бой?
Было настоящим чудом, что все мои друзья остались в живых, не говоря уже обо мне самой. Впрочем, мне будет отпущено не так много времени, если кто-нибудь в самое ближайшее время не перевяжет мои раны. Рэйвен был прав. В обескровленном состоянии на поле боя от меня не было никакой пользы.
– Ладно, – наконец сдалась я.
– Ну и отлично, – ответил Рэйвен, отрывая от своей рубахи несколько полосок ткани в качестве перевязочного материала. Все его целители были заняты другими ранеными.
– Как только кровотечение остановится, я продолжу сражаться, – заявила я, упрямо вздернув подбородок.
– Ну и отлично, – просто повторил он, протягивая руку к моему израненному плечу.
Рэйвен работал быстро и точно, перевязывая мне одну руку, а затем другую. Его собственные руки были покрыты мозолями и запекшейся кровью. Его прикосновения никогда еще не были столь мягкими и нежными.
Я знала, сколь глупы мои мысли после всего, что уже произошло и еще происходило. Но в этот момент мне так хотелось, чтобы он принял меня в свои объятия! Поцелуй же меня, Рэйвен! Не перевязывай меня так деловито, как обычный целитель!
Король Тьмы отпустил меня. Ткань уже начала набухать красным, но еще полчаса я продержусь. После этого, надеюсь, весь этот кошмар закончится.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я его.
Рэйвен выдержал мой взгляд – и уже открыл было рот, словно собираясь ответить.
Между нами оставалось столько недосказанных слов. Столько с трудом сдерживаемых чувств, незаданных вопросов, невысказанных извинений. Мне хотелось поговорить с ним начистоту, наорать на него, а затем игнорировать его до конца своих дней. Но я знала, что не смогу вечно держаться от него подальше, даже если захочу.
Да, нам обязательно придется поговорить друг с другом. Нет, поле боя – не место для такого разговора.
Впрочем, Рэйвен и так не успел вымолвить ни слова. Пронзительный крик заглушил все остальные звуки.
Мы развернулись одновременно.
На самой опушке леса, где-то в полусотне ярдов от нас, Квинн в одиночку сражалась с тремя тенеалями. Жуткие существа окружили ее, отрезав ей путь к отступлению. Одно из чудовищ вцепилось костлявыми пальцами в ее запястье, оставив на нежной коже три кровавые борозды. Все солдаты неподалеку от Квинн дрались с другими стихиалями, а Атлас и Джейн находились слишком далеко, чтобы помочь ей.
Рэйвен отреагировал, прежде чем я успела додумать мысль до конца.
Он бежал быстрее, чем я когда-либо видела. Быстрее, чем мог бы лететь. Он все бежал и бежал, а я, отчаянно спотыкаясь, ковыляла за ним.
Но он опоздал. И я опоздала.
Квинн снова вскрикнула, когда второе чудовище схватило ее сзади, разорвав ее пурпурный плащ и вонзив когти ей в позвоночник. Она продолжала кричать, когда третий тенеаль резко дернул ее за волосы и развернул к себе.
Затем крик резко оборвался.
Шея Квинн хрустнула, словно сухая ветка.