Койка находилась в больничной палатке. Шкафы и полки, заполненные лекарствами и прочим медицинским материалом, занимали все помещение, напоминавшее небольшую аптеку. На земле развели костер; дым выходил через круглую дыру наверху. Вдоль стен стояли импровизированные нары, отделенные друг от друга лишь тонкими перегородками. Между нарами сновали целители в белых халатах. Свет в палатке был тусклым.
Я осмотрела себя. Руки были забинтованы, а одна нога перевязана. К одежде прилипла засохшая кровь.
– Она проснулась! – с облегчением молвил кто-то.
Надо мною склонились двое. Джейн и Атлас.
– Как долго я спала? – слабо улыбнулась я им.
– Два дня.
– Два дня?..
Я резко выпрямилась. Неужели битва закончилась уже два дня назад?
Битва. Элементали. Молния.
Квинн.
Я застыла.
Болезненные воспоминания внезапно вернулись ко мне. Мое горло сжалось.
Квинн была мертва. Рэйвен победил элементалей. А я сама лишилась сознания на целых два дня.
– Рэйвен!
Я попыталась спустить ноги с койки. Атлас схватил меня за руку и мягко, но решительно затолкал обратно под одеяло.
– Король не выходит из своей комнаты. Никто не знает, что он делает. Шторы в комнате задернуты, а дверь заперта. Может, он спит, а может, скорбит. Он два дня ничего не ел и никого к себе не пускает, даже целителей, – объяснила Джейн. Голос ее оставался ровным, но в глазах читалась тревога. Она выглядела усталой, казалась бледнее обыкновенного, а ее хрупкие плечи потеряли свою обычную гордую стать. Атлас тоже выглядел изрядно потрепанным.
– Дайте мне поговорить с Рэйвеном! – настаивала я. – Может быть, меня он послушает.
Джейн строго покачала головой:
– Ты потеряла много крови, Шторм. Тебе нужны отдых и полноценный сон. Мы не можем рисковать, чтобы ты снова надолго потеряла сознание.
– Глупости!
Со второй попытки мне удалось слезть с койки. Как только я встала, перед глазами у меня потемнело. Я покачнулась.
– Ты еще упрямее Рэйвена! – отругала меня Джейн, силой укладывая обратно на койку, и протянула мне кружку с чаем. – Пей! Я вернусь через несколько часов. Тогда мы сможем обо всем поговорить.
И они с Атласом вышли из палатки.
Как только я откинулась на подушки, меня одолела усталость – но, прежде чем я успела последовать совету Джейн и вздремнуть, к моей койке подошел еще кое-кто. Белый халат, черные волосы и пронзительные голубые глаза.
Застонав, я покачала головой. Доминик была последней из тех, кого мне сейчас хотелось бы видеть.
– Вижу, ты по мне соскучилась? – прощебетала целительница, опускаясь на табуретку.
– Что тебе надо? – прорычала я.
Доминик лишь улыбнулась в ответ.
Нахмурившись, я чуть приподнялась на локте. Почему она казалась такой… счастливой?
– То, что ты учинила на поле боя, выглядело впечатляюще! – Это прозвучало почти как искренняя похвала. – Эта вспышка, вся эта светомузыка с кровью и пылью – хоть сейчас в Голливуд.
– Я просто пыталась оказаться достойной своего имени.
Это замечание ее рассмешило.
– Шторм Кэмпбелл. Седьмой элемент. Кто бы мог подумать, что он достанется кому-нибудь типа тебя! – Доминик посмотрела на меня с пренебрежением. – Безусловно, нести на горбу надежды целого континента – это тяжкое бремя. Логан рад, что не должен больше принимать участие в твоей личной драме.
– Логан? – Я внезапно проснулась.
– Логан. Ты ведь помнишь Логана? Короля Огня, Льва Иньиса, мою родственную душу…
– Что? – Я тупо уставилась на нее. – Что ты сказала?
Улыбка Доминик стала еще немного шире.
– Подумать только, такая драма – и все напрасно. Логан – не
Снова откинувшись на подушки, я положила одну руку на лоб и закрыла глаза. Слишком много информации за один раз. Доминик и Логан – родственные души?! В это было трудно поверить.
– Я ожидала куда более взволнованной реакции, – разочарованно протянула Доминик. – Куда вдруг подевалась вся твоя находчивость?
Мне хотелось выплеснуть ей в лицо горячий чай. Вместо этого я открыла глаза и улыбнулась ей:
– Вы с Логаном и вправду достойны друг друга. А теперь катитесь оба к черту!
С этими словами я осторожно поставила чай рядом с койкой и отвернулась от целительницы. Мне надлежало хорошенько подумать о тысяче разных вещей, о многих тысячах новых обязанностей.
Но сейчас мне было все равно.
Сейчас мне нужно было поспать.
В следующий раз я проснулась ранним утром. Кроме меня, еще никто не бодрствовал. Пациенты лежали спокойно, а два целителя уснули у входа прямо на стульях. Костер погас. Полотно палатки колыхалось на ветру, а внутреннее пространство заливал сероватый свет. Вдалеке чирикали птицы.
Я села на койке. У меня закружилась голова, и на несколько секунд перед глазами потемнело.