Вокруг меня как мыши забегали остальные обитатели дома престарелых, на ходу хватая свои пожитки и автоматы. Они толкались у выхода, пихая друг друга, и еще больше мешали друг другу. Образовалась куча-мала из зеленых человечков, с оханьями и кряхтением выползающих наружу. Если бы сюда зашел хоть один украинец и кинул в блиндаж пару гранат, здесь остался бы кровавый фарш. Ролики, в которых позиции берут голыми руками, я видел и с нашей, и с украинской стороны.
«Пушечное мясо», - с досадой подумал я.
В течение следующих четырех часов они держали круговую оборону, сражаясь с невидимым противником, который пытался штурмовать их богадельню то с фронта, то с тыла, то неизвестно откуда. Каждые двадцать минут «Дед» докладывал мне, видит ли он противника.
Я тренировал их бдительность. Сидение на месте сильно сказывалось на настроении этих людей. Им было привычно сидеть и не дергаться. Это расхолаживало и давало им ложную надежду на то, что это просто очередная зона, которая когда-то закончится освобождением. Но с таким настроениям у них было больше шансов освободится на небо, нежели домой. В конечном итоге, они успешно отбили все атаки и научились грамотно докладывать о «погоде» на их участке. Учения закончились, когда встала необходимость разнести по позициям боекомплект и питание.
- «Дед» - «Констеблю»?
- Туточки... - «Дед» осекся и доложил по форме. - На приеме!
- Как «погода»?
- Противника не наблюдаю. Личный состав занимается доставкой БК на позиции. «Осадки» незначительные. Доклад окончен.
- Принято, - довольный проделанной работой ответил я.
Я стал организовывать ежедневные совещания командиров направлений с Женей и Ромой. Чтобы не засорять эфир и обсуждать текущую обстановку, мы стали встречаться в подвале. Придя туда, я застал «Маслена» и «Пегаса», которые теперь работали вместе как два пилота. На этой позиции была точка зарядки аккумуляторов для раций и БПЛА. Зарядки хватало на пятнадцать минут полета, поэтому приходилось постоянно менять в небе «глаза». Один, отработав максимальное время, возвращался на базу, а второй менял его, не дожидаясь, когда вернется первый. Благодаря двум пилотам у нас появилась возможность все время находиться в воздухе. Исключением были нелетные дни, связанные с непогодой или активизацией работы РЭБ противника. К хорошему и качественному быстро привыкаешь. Если в начале войны офицеры, воспитанные и выросшие в эпоху «до интернета», считали, что коптеры - это какая-то непонятная чепуха и буржуазная вражеская технология, то сейчас мы не могли даже представить, как вести бой без поддержки с воздуха. О пользе коптеров на фронте много говорил блогер Владлен Татарский и его друг «Админ». Честь им и хвала за это во веки вечные! Без коптеров в небе невозможно было навести артиллерию, корректировать штурм и проводить разведку. Их отсутствие значительно увеличивало потери личного состава.
Украинцы регулярно подгоняли к передку мощные канадские глушилки, которые не давали нам подняться в воздух. Благо, они быстро вычислялись и накрывались артой, что позволяло вновь взлетать нашим «орлятам» в небо. Мы угоняли и заставляли падать дроны друг друга. Война в воздухе приобрела совершенно другие смысл и значение. Дроны были расходным материалом, который нуждался в постоянном пополнении. Хорошо, что с ними не возникало никаких проблем, и компания предоставляла нам их по необходимости.
- Привет, орлы! - поздоровался я с ними.
- Привет, - откликнулся «Маслен».
Он копался со своим аппаратом, который только что прилетел со стороны передка.
- Что нового?
- Соседи наши копают и укрепляются. Видимо, не хотят сдавать нам свои позиции.
- Пусть копают. И нам нужно копать. Копать - это всегда хорошо. Глушат?
- Сегодня не особо. Они, видимо, долго не держат глушилки на позициях. Только когда в накат хотят идти.
- Хорошая примета. Сразу сообщайте, когда они особенно сильно глушить будут, чтобы мы были на фоксе.
Через полчаса в подвал пришли Женя «Айболит» и Рома «Абакан». Мы стали вместе с операторами смотреть на наши позиции и обсуждать сложившуюся обстановку.
- Больше всего меня, конечно, парит вот эта наша позиция, которая идет по рву. Фланги голые, и мы в низине. Очень неудобная позиция, конечно.
- И молотят по ним постоянно. Костяка там нет никакого, - добавил «Абакан». - Пятьдесят процентов - пополняхи необстрелянные.
- А когда им обстреливаться? Они пришли - неделя и «триста», или «двести». Хорошо хоть стали возвращаться старички после ранения, - добавил Женя.
- «Саблю» бы на «Керамзита» поменять. «Сабля» - паникер. Постоянно преувеличивает, как лупа! - стал размышлять я вслух. - Ноет мне в эфир, давит на жалость. «По нам стреляют... Нас кроют...». Хотя там еще «Хисман» есть.
Я вспомнил «Хисмана», который просил его не отправлять на передовые позиции и дать отдохнуть после госпиталя.
- «Керамзит» в самом начале там. Ближе всего к хохлам. Короче, сейчас пополнение подтянем и будем выравнивать и угол у леса забирать. «Пегас», записи угла есть?
