Илья Александрович ждал. Он смотрел на Саньку и думал о том, что она всегда была для него Синей птицей, такой же неуловимой и ускользающей. Он думал о том, что всегда хотел лишь одного: Саньку. Она знала об этом и смеялась над ним. Илья не понимал, как она могла предпочитать ему глупых простаков – неудачников, которые зачастую вытирали об нее ноги, ведь он-то готов был целовать каждый след, оставленный ее туфелькой. Он все и всегда делал с оглядкой на Саньку: как бы она отреагировала, что бы сказала об этом?
И вот теперь все изменилось. Теперь Саньке некуда бежать. Теперь она принадлежит Илье. Надолго ли?
*****
Лариса Павловна слушала терапевта с тревогой: ей предлагалась госпитализация в 14 городскую больницу. Результаты анализов удручали. Врач предполагала двустороннюю пневмонию, но необходимы были дополнительные обследования.
– Куда вы пропали? Почему не пришла на прием в назначенный срок? И к телефону не подходили. Вы же взрослый человек, что за безответственность!
Лариса молчала. Она не хотела оправдываться, понимала: она не права. Но не могла же она рассказать, что была в отпуске на море. Чувствовала себя Лариса Павловна очень плохо. Откладывать госпитализацию было нельзя.
Она решилась:
– Оформляйте на завтра. Я вещи соберу и своим все объясню, домашние вообще не в курсе моих проблем со здоровьем.
И врач, и медсестра с удивлением переглянулись.
Новость о госпитализации Ларисы муж и сын восприняли с недоумением: «Разве ты себя плохо чувствуешь?» Но с пониманием: «Что ж, надо – значит надо». Лариса понимала их: у Ильи десятый класс, время ответственное, у Александра Георгиевича – сложное положение на заводе, молодежь в спину дышит, а возраст уже пенсионный, того и гляди, с должности снимут. Лариса не обижалась, ведь интересы сына и мужа всегда были на первом месте.
– Саша, я позвоню тебе из больницы, скажу, надолго ли.
– Лара, мы долго без тебя не сможем. Недельку там отдохни от нас и возвращайся, – Александр Георгиевич нежно поцеловал жену в щеку.
– Я на неделю наготовила, обязательно все разогревайте. Не кусочничайте. Ешьте горячее.
– Все будем делать по твоим инструкциям. Да, Илья?
– Конечно, мама, не думай об этом.
Мужчины ушли, и Лариса, собрав самое необходимое, поехала в больницу.
*****
Илья Стрижов шел на линейку 1 сентября с радостным предвкушением перемен. Десятый класс – новый этап в жизни каждого школьника. Это время самоопределения, которое закладывает фундамент будущего. Лето добавило Илье уверенности в себе, и теперь он чувствовал, что внутренние силы будут заметны всем окружающим.
Школьный двор был наполнен радостным возбуждением, цветами и белыми бантами.
– Илюша, иди к нам! – Ульяна нетерпеливо подхватила Илью под руку и увлекла за собой к группе старшеклассников.
– Девочки, знакомьтесь, Илья Стрижов, выдающийся отличник и молодой ученый.
– А еще красавчик, – незнакомая девочка томно опустила глазки.
Ульяна нервно засмеялась.
–Так много новеньких? – Илья повернулся к Ульяне
– Много, и из других школ. Брали только хорошистов, мест не всем хватило. Будет только два десятых класса.
Илья забеспокоился, стал выискивать в толпе белокурые кудряшки.
– Уля, а Шурочку взяли?
– Не знаю, я не видела.
– Пойду поищу.
«Если Шурочку не взяли, уйду в другую школу. Не хочу без нее. Какая мне-то разница, где учиться».
– Подожди, Илюша, давай спросим у Ирины Петровны, она наша классная, должна знать.
Ульяна побежала искать учительницу, а Илья застыл изваянием. Настроение изменилось. Праздник кончился. Без Шурочки все теряло смысл. Как он упустил из виду подобное развитие событий? Он должен был такое предположить!
– Илюша! – Уля звала его в глубь праздничной толпы, но он стоял, парализованный своими печальными размышлениями.
– Илюша! – звонкий голос вывел из оцепенения
– Шурочка! А боялся…
Но Шурочка не слушала. Она радостно повисла на парне, а потом закружила – завертела его.
– Как ты изменился! Красавчик! Лицо с обложки! Мечта девчонок!
Шурочка смеялась, искренне радуясь встрече. Белокурые кулряшки весело прыгали по плечам, глаза рассыпали вокруг голубые искры. Илья подхватил ее, прижал к себе, словно невзначай, по дружбе, но она быстро освободилась и продолжала тараторить:
– Мы теперь в разных классах, ты в А, а я в Б. Но дружить все равно будем. Я без твоей помощи школу не закончу. Ладно, пойду свой класс найду.
Шурочка убежала, а Илья стоял, блаженно улыбаясь: гора с плеч, она рядом, все осталось по-прежнему.
Суета первых школьных дней так закрутила, что Илья как-то и не заметил маминого отсутствия. Он приходил домой вечером, открывал холодильник, разогревал ужин себе и отцу, а потом садился за уроки. Александр Георгиевич приходил поздно, заглядывал в комнату к сыну, они обменивались парой фраз и расставались до следующего вечера. Отсутствие Ларисы Павловны ощущалось только тишиной квартиры, которую они заполняли работающим телевизором. Так она прожили неделю, предполагая, что Лариса вернется домой если не на выходных, то уж в понедельник-то точно!
