— Вас же никто не заставляет сравнивать её с землёй. Ворвитесь туда, побейте окна, морду кому-нибудь, спалите что-то — и ходу.
Разбойник загомонили каждый о своём.
— Послушай, Мозоль, начал было Желудок, но тут снова вмешался я:
— Мозоль дело говорит. Нельзя соваться в Неммардию, как следует всё не обдумав. Но мне уже пора ехать. Король ждёт вашего ответа.
— Мы согласны! — воскликнул Желудок.
Мозоль остался в одиночестве. Банда была наэлектризована до предела, и никаких возражений никто слушать не собирался.
— Согласны, — неохотно подтвердил Мозоль. — А как быть с остатком денег?
— Пусть кто-нибудь приедет за ними ко мне. Я же не знаю, когда вы вернётесь.
Мозоль кинул на меня недоверчивый взгляд. Но остальные разбойники поддержали моё предложение.
Я тут же засобирался домой. Разбойники проводили меня до повозки, выдав мне, несмотря на мои возражения, на дорогу бочонок вина, чей-то здоровенный окорок, голову сыра, корзину колбас и чуть ли не полмешка хлеба. Попрощавшись с ними всеми вместе и с каждым по отдельности, я взгромоздился в повозку и велел трогать. Разбойники долго ещё стояли на дороге, глядя мне вслед. Неплохие они всё-таки парни, хоть и бандиты. Впрочем, не будь Турди одним из них, меня, конечно, ждал бы совершенно иной приём. Я долго дивился сам себе, размышляя о том, откуда у меня такая симпатия к несимпатичным, в общем-то, людям. И лишь когда впереди замаячили башни столицы, понимание наконец-то пришло: эти-то хоть не прикидываются порядочными, как, например, министры Франки или депутаты Верховной Рады.
— Где это тебя вчера целый день носило? — спросил на следующее утро король, вертясь перед зеркалом в окружении целого табуна портных и их подмастерьев.
— Занимался государственными делами, в отличие от некоторых, — мрачно ответил я.
Король пропустил шпильку мимо ушей. Оставив своих карденов у зеркала, он подошёл ко мне, расставив руки в стороны и спросил:
— Ну, как тебе?
На нём был новый бархатный костюм цвета дохлой крысы с белыми кружевными манжетами и таким же воротником, сидевший, по правде говоря, не столь уж и безобразно.
— Повернись.
Король крутнулся вокруг своей оси.
— В жизни не видел ничего более омерзительного, — выдал я, с любопытством разглядывая монарха.
Король шлёпнул меня по голове перчаткой.
— Дикарь, — заметил он при этом. — Ни черта не понимаешь в модах.
Затем Франки махнул рукой портным, и те удалились.
— А чего это ты так вырядился? — поинтересовался я. — У нас праздник? Водку пить будем?
— Э, да ты, остолоп, ничего не знаешь. Государственными делами он занимался. Ранним утром к нам прибыл посол Неммардии — барон Виде. Просится на приём. Через полчаса и начнём.
Признаться, мне стало немного тоскливо. Выходит, неммардская гадина добралась до своей столицы за день, а послу потребовалась ночь, чтобы домчаться к нам. Успеют ли бандиты Турди провести порученную им диверсию, вот в чём вопрос. Надо было сперва ехать к ним, но теперь уже ничего не изменишь.
Тут пришла королева Хильда — в ошеломляюще роскошном платье, увешанная драгоценностями и окружённая целым роем фрейлин.
— А ты неплохо выглядишь, — признался я ей. — Если задумаешь разводиться — шепни мне.
— Непременно шепну, — смеясь, ответила королева. — Я ведь ночей не сплю — всё мечтаю о таком женихе, как ты.
— Ладно, хватит уже, — проворчал король. — Где все остальные?
На зов герольда начали сползаться министры. Среди них выделялся барон Гроссир в парадном мундире, усеянном орденами всех мастей. Приближаясь к королю, он демонстративно толкнул меня и наступил мне на ногу.
— Вот так номер, — немедленно отреагировал я. — Это большая честь для меня, господин барон. Я всю оставшуюся жизнь буду хранить на сапоге отпечаток вашей пыльной подошвы. Кстати, на какой толкучке вы стащили все эти побрякушки?
— Это боевые ордена, щенок, — надменно ответил военный министр.
— Не иначе, вам вручили их за то, что вы играли в войну с мальчишками, — предположил я. — Ведь наша страна давно уже ни с кем не воевала.
— Немедленно прекратите, — вмешалась королева. — Турди, смотри не накаркай насчёт войны. А вам, барон, не к лицу задирать шута, пусть он и королевский.
Военный министр пробурчал что-то угрожающее, злобно косясь на меня.
— Ну, — сказал король. — Выходим.
И мы, многочисленной толпой, отправились в тронный зал.
Санэпидемстанция во дворце работала из рук вон плохо, поэтому поймать там здоровенного таракана не представлялось чем-то невыполнимым. Этим насекомым, ожесточённо размахивающим усами, руками и ногами, я пугал королеву Хильду, в ответ на что она взвизгивала и шарахалась, ломая всю торжественность входа в тронный зал. Франки рявкнул на меня раз, рявкнул другой, после чего решил, что настало самое время отвесить мне пинка.
Но сей трюк ему не удался — я успел отскочить в сторону, вследствие чего король потерял равновесие и растянулся бы на полу вместе со своими регалиями, короной и скипетром, не подхвати его в последний момент офицер из охраны.
— Ну погоди у меня, я тебе это ещё припомню! — прошипел Франки в ярости.
