Фантомы били по-настоящему. Их мечи разрезали воздух. Их магические удары пытались пробить его защиту. Копьё Святого приходилось метать одновременно на несколько проекций, раз за разом переплетая техники, чтобы увидеть – где срывается плетение, где распадается поток энергии.
Он понимал, что его собственное ядро не было обычным. Оно уже впитало в себя отголоски силы кости Павшего Бога, и даже рвануло вверх после последней пилюли. Но теперь он начал слышать внутренний пульс – ритм, что шёл глубже, чем просто духовная энергия. Это была песня боли и силы, отражающая всё, что он пережил. Так что он начал работать под этот ритм. Создавая новые серии техник, которые ложились на пульсацию ядра, словно удары сердца. Копьё… Древний меч Святого… Костяной меч… Энергетические всплески… Всё соединялось в единую систему.
Потом начинались испытания на выносливость и контроль. Он поставил перед собой задачу… Удерживать Плетение Умножения через копьё Святого в течение трёх часов без остановки, атакуя фантомы, одновременно подпитывая защитные печати и блокируя попытки проникающих иллюзий со стороны костяного меча. От такого напряжения его мозг буквально гудел. Кровь бешенным колокольным набатом стучала в висках. Сердце билось быстро, и из ушей ползли тонкие дорожки крови. Но он не останавливался. Так как хотел дойти до точки предельного давления. И на третий день – он рухнул. Не от ран. Не от повреждений. От перегрузки духа. Энергетическая структура начала распадаться, и только благодаря тому, что он заранее активировал плетение авто-восстановления, его сознание не рассыпалось. Он лежал, прижавшись к каменной плите, глядя на трепещущий в воздухе фантом – собственное лицо, искажённое гневом, болью и жаждой мести.
“Вот и ты, настоящий я. И я тебя не боюсь.”
А после на его измученный разум обрушилась… Тишина… Когда он очнулся, снова было утро. Пот стекал с его лба. Ядро, несмотря на изнеможение, не распалось. Оно закалилось. Плотность духовной энергии возросла. Каналы усилились. Тело стало воспринимать резкие рывки энергии без разрывов и боли.
Он почти пересёк черту, о которой кричали старейшины сект. Он уже стоял одной ногой за уровнем Да Доу Ши. А значит – он был готов вернуться в мир. И никто уже не посмеет назвать его ущербным. Никто.
…………..
Время в горах потеряло очертания. Сменялись дни и ночи, приходили туманы, уходили ливни, воздух то пел, то звенел от холода – а Андрей всё ещё не покидал своей долины.
С каждым прорывом ядра, с каждой новой ступенью в пределах уровня Да Доу Ши он становился другим. Не только сильнее. Структурно и качественно иным.
Он сам себе становился ареной и кузней, – обрабатывая своё тело, разум и дух с холодной, почти клинической методичностью.
Всё началось с того момента, как он почувствовал, что накопленной энергии слишком много. Она гуляла по меридианам с избыточной силой, всё время норовя вырваться из-под его контроля. И это означало одно… Пора было готовиться к новому прорыву ядра.
Для этого он разложил схему из печатей усиления стабильности канала, собранную вокруг центра медитации. Перед ним стоял Божественный котёл, внутри – свежесваренная пилюля укрепления ядра, насыщенная соком корней Стального Лотоса, пеплом чешуи Чёрной Ящерицы и медленно извлечённой эссенцией минерала Ритмоглина.
Пилюля была третьего ранга, но Андрей заранее приготовил ещё пару – четвёртого и пятого. Он уже чётко знал, что одной не хватит. Вдох – и мягкое сияние окутало его грудь. Он чувствовал, как ядро, будто сердце отдельного существа, начало сжиматься и расширяться, под напором энергии и воздействия пилюли. Он вливал туда всё, что только мог… Свою волю… Чистую духовную энергию… Резонанс артефактов, что сейчас его окружали… И печать, что оставил в его теле осколок Падшего Бога…
Когда прошёл первый прорыв. Внутри стало… Тише. Но плотнее. Энергия больше не рассыпалась. Не билась, словно приливные волны о скалы… Она концентрировалась, создавая ядро в ядре – нечто более плотное в его собственной основе, что начало накапливать устойчивый импульс.
Потом пошли дальнейшие уровни. Второй… Третий… Четвёртый… И с каждым уровнем возрастала и сложность. На втором прорыве – Андрей впервые почувствовал, как один из каналов в левом плече начал разрушаться. Он срочно влил туда каплю крови, насыщенной духовной энергией, и закрепил печатью восстановления. На третьем – его защита провалилась, и энергия ударила по глазам, вызвав кровоизлияние. На четвёртом – затрещали зубы, не выдержав напряжения челюсти.
Каждый прорыв требовал новых пилюль. Пилюли он заранее сварил в режиме тишины, иногда сутками вычищая пламя до нужного спектра, контролируя даже темп дыхания, чтобы сохранить точность в выжигании шлаков и сохранении эссенции.
Он не доверял инерции. Каждая новая пилюля для укрепления ядра должна была быть максимально плотной, насыщенной, но не взрывоопасной. Именно тут помог Божественный котёл – его структура гасила лишние энергетические флуктуации, не позволяя компонентам войти в конфликт.
