— Ну… во-первых они уже парочку орудий на наш корабль направили, а во-вторых, оставшиеся — шрапнелью заряжены. Мы не сумеем никуда убежать. — отвечает она: — может быть договоримся? Им отсюда уплыть нужно, а нам нужна победа. Так мы считай победили. Корабль потоплен? Потоплен. Скажем что все с ним потонули и все. А в будущем нужно от абордажа воздерживаться, издалека их топить и вся недолга. — говорит Сяо Тай, чувствуя на себе взгляд испанца.
— О чем вы там шепчетесь? Хотите нас обмануть? — хмурится он: — не выйдет. Santo Padre заверит любую клятву перед Господом Богом нашим.
— Как насчет того, чтобы ваши люди отложили оружие? Лейтенант Фудзин — офицер Береговой Охраны, а указ Императора запрещает торговлю Пылью и вообще любую торговлю кроме одного порта. Если вы сложите оружие…
— То у вас от самодовольства лицо треснет. Это вы должны сложить оружие! И перейти на сторону Испанской Короны!
— И в истинную веру. — дополняет священник: — вот скажи мне, дитя, разве ты не устала жить во грехе? Я же вижу, что ты образованная девушка, а плывешь на одном корабле с этими мужланами-язычниками.
— Погоди, так она все-таки señorita?
Puta
Madre
… — качает головой капитан: — такая pequeño…
— Пута Мадре — это грубо. — говорит Сяо Тай: — может я испанский и не понимаю, но уж тут по контексту можно догадаться. Сами вы пута мадре. Предлагаю перемирие. Пока. Обещаю, что никто ни на кого не нападет.
— Хорошо. — говорит капитан : — но ты останешься с нами. Как заложница. Перемирие. Мы подумаем.
— Что он говорит? — хмурится лейтенант Фудзин, который едва стоит на раскаленном песке.
— Предлагает перемирие. — отвечает она: — и в гости меня зовут. На чай, судя по всему.
— Хорошо. За это время мы перевяжем раненных и соберемся с силами. А когда они расслабятся — ударь им в спину. Убей командира, а там легче будет. — советует ей лейтенант: — только ничего там не ешь и не пей — отравят.
— Поняла. Ударить в спину. Ничего не есть. — кивает она и поворачивается к испанцам: — он согласен. Перемирие на два часа. Или до вечера.
— Мы выставим часовых. — предупреждает капитан: — и если увидим что корабль снимается с якоря — ударим по нему из пушек. А потом убьем всех вас. Кроме тебя, раз уж ты девица. Но поверь мне, ты пожалеешь, что выжила.
— О, я не сомневаюсь. — отвечает она, скользнув взглядом по нахмуренным лицам испанских солдат: — похоже, что благородных идальго тут нет…
— En la guerra como en la guerra, señorita… — хмыкает испанец. Она же — осторожно нащупывает нити духовной силы, пронизывающей все вокруг.
<p>Глава 14</p>Глава 14
