Одним движением — она поднимается на ноги и выходит из железной клетки, перешагивая через лежащих на палубе людей. Кто-то кричит, матрос тычет в нее острым багром. Не поворачивая головы, она сбивает острие багра в сторону, дергает его на себя, вырвав его из рук матроса и коротким тычком древка в лицо — опрокидывает его на спину. Матрос хватается за лицо и стонет, корчась на палубе. К ней бросаются новые морские пехотинцы, у них в руках — короткие абордажные тесаки и багры с крючьями, кто-то держит в руках сеть. Она втыкает острие багра в горло ближайшему из них, перехватывает падающий из его руки тесак и выпрямляется, проворачивая клинок и описывая им красивую дугу. По палубе веером разлетаются капельки крови, катится чья-то голова. Шаг вперед — вот летит отрубленная кисть, сдавленный крик, тут же вбитый в глотку кулаком, еще один тесак, подхваченный ею у самой палубы и вот она уже вооружена двумя клинками.
— Остановите ее! Нам еще не заплатили! — кричит лейтенант Фудзин, а она — стискивает в руках рукоятки тесаков. Набирает воздуха в грудь, глядя на замерших напротив морских пехотинцев.
— Ты одна, и ты не ела и не пила уже несколько дней! — выкрикивает Фудзин: — это просто последняя вспышка! Сейчас силы оставят тебя, ты выдохнешься… а потом я отдам тебя команде! Плевать я хотел на серебро кланов! Заберут тебя после того, как последний матрос позабавится с тобой! А я вырежу свое имя у тебя на спине, животе и на лбу!
— Вперед, ребята! Навались! — орет боцман и толпа морских пехотинцев Береговой Охраны — ревет и бросается вперед. Она — делает шаг им навстречу, поднимая клинки в ее руках. Взмах! Отлетают пальцы, кисти рук, на палубу падает перерубленное древко багра! Взмах! Капли крови разлетаются красивым веером, чье-то искаженное лицо перерублено пополам, лезвия клинков не встречают сопротивления… взмах! Она входит в ритм, превращаясь в вихрь сверкающих на солнце клинков и каждый ее взмах несет с собой смерть! Она проходит по палубе, но это не танец клинков, красивый в своей изящности, нет. Это словно ужасающий блендер, крутящаяся мясорубка, тут нет никакой изящности, нет красоты, нет грации. Просто вихрь, разрубающий все на своем пути — руки, ноги, головы, тела, клинки и доспехи. Снова и снова она то припадает вниз, скользя по залитой кровью палубе, то воспаряет над ней, обрушиваясь сверху на кричащих людей. Крики, искаженные лица, отрубленные руки… тесак в правой руке ломается, и она не глядя — заменяет его абордажным топориком, который тут же застревает в чьем-то черепе. Клинок в левой руке тоже переламывается пополам, она складывает вместе указательный и средний пальцы, вспыхивает яростное золотое пламя! Клинки Ци!
— Ааааа!!! — кричит она, взмахивая руками и проходя через строй морских пехотинцев как раскаленный нож через мягкое масло. Летят в стороны обломки оружия, щитов и доспехов, отрубленные руки и ноги, во все стороны брызжет кровь!
В спину ей — ударяет огненный шар! Она — падает, тут же перекатывается и вскакивает на ноги! Спина — сплошной ожог, сожжена кожа, видны кости, но все тут же заживает, покрывается пленкой и через секунду — она уже не чувствует боли.
Выпрямляясь — она бросает взгляд по сторонам. На залитой кровью палубе куда не кинь взгляд — тела. Кто-то стонет, держась за обрубок ноги, кто-то собирает руками вывалившиеся из вспоротого живота кишки, но большинство — мертвы. Никто не стоит на ногах… никто, кроме лейтенанта Фудзина, который вскинул руки, формируя заклинание. Она — наклоняет голову набок и опускает правую руку. Развеивает Клинок Ци и молча смотрит на лейтенанта Береговой Охраны.
Он снова кастует свой огненный шар, но тот развеивается в воздухе, не достигнув ее.
— Я все поняла. — говорит она, воспаряя над палубой: — я все-все поняла. Это просто смешно. Я — вспомнила. Кто я такая. Кто такая сестрица Ли Цзян и что такое Деревня Вечного Праздника… или вернее назвать это место — Чистилищем? Кто вы такие. Зачем мы все тут… и почему в этой реальности работает магия. И — как именно она работает… это даже не так интересно, как я думала.
— Огненный Шар! — выкрикивает Фудзин с исказившимся лицом: — огненный шар! — на кончиках его пальцев растет пламя и — тут же гаснет. Снова растет и снова гаснет.
— Бесполезно. — говорит она, глядя на него с любопытством: — но я отдаю должное твоему упорству. А знаешь почему бесполезно? Теперь я знаю, как именно работает магия. Не это ваше управление Ци, а — настоящая магия… я бы сказала — Истинная, но у вас и так слишком много понятий, которые вы произносите с Большой Буквы.
— Огненный Шар! Ледяное Копье! Укус Скорпиона! — новые и новые заклинания Фудзина — гаснут на кончиках его пальцев.
— Что такое магия в ее ультимативном смысле? Разве магия и религия не идут рука об руку? — задается она вопросом: — подумай, Фудзин. Вот ты веришь в то, что ты все правильно делаешь, правда? Что ты вправе обманывать людей. Что твоя ложь никогда не вскроется и не вытечет наружу зловонным потоком.
— ОГНЕННЫЙ ШАР! — на кончиках пальцев у лейтенанта гаснет очередное заклинание.
