Полвека спустя о существовании норильских месторождений забыли. Только семья Сотниковых передавала из поколения в поколение, как великую тайну, знание о месте, где находилось это сокровище. Последний из Сотниковых, Александр, не случайно выбрал профессию геолога и поступил в Томский технологический институт. Он был убежден, что в руках его семьи находится ключ от пещеры Али-Бабы. Александр решил, что следовало воспользоваться этим знанием и сделать на нем несметное состояние. В 1915 году он отправился на разведку и вот он уже бредет в величественной тишине приполярной лесотундры. Разведчик-дилетант вернулся с Крайнего Севера еще сильнее, чем прежде, убежденный в своей правоте. Привезенные образцы молодой геолог отправил в Петроград, переименованный после начала мировой войны, чтобы истребить немецкий акцент в названии столицы – Петербург. Ими живо заинтересовались промышленники и горные компании. Сотников поверил в то, что его ждет богатство. Страна все больше нуждалась в ресурсах сибирских недр, но История, которая, казалось, поджидала его за ближайшим поворотом, решила иначе. Едва студент вернулся к учебе в Томске, как по всей России полыхнула гражданская война – следствие Октябрьской революции. Сибирь оказалась в руках адмирала Колчака – именно там находилось его антиреволюционное процарское правительство.
Очень быстро Сотников и его друг Николай Урванцев поневоле оказались у белых. Они не испытывали особой симпатии ни к монархистам, ни к большевикам, которые пришли к власти в Петрограде. Сотников скорее симпатизировал социалистам-революционерам, к тому времени уже ошельмованным Лениным. Что же касается Николая Урванцева, то он происходил из купеческой старообрядческой семьи. Отец, человек авторитарный, воспитывавший его в строгости, бежал, как только представился случай. Политика совсем не привлекала Урванцева, хотя вокруг и бурлил водоворот социальных событий. Позже он признается, что вполне мог бы прибиться к анархистам.155 Их главный идеолог, князь Кропоткин, был геологом. Но Урванцев, как и его друг Сотников, мечтал лишь об экспедициях и геологических открытиях. Урванцев даже бросил учебу на механическом факультете Томского технологического института и перешел на горное отделение, чтобы посвятить себя горному делу.
Друзья написали первую страницу истории Норильска: невероятной горно-промышленной эпопеи, которая перевернула историю Сибири, но одновременно и трагедии, перемоловшей десятки тысяч жизней, в частности и самих молодых людей.
В 1919 году, казалось бы, судьба улыбнулась им. Адмирал Колчак долго служил в российском флоте, бывал в Арктике и не сомневался в стратегическом потенциале Крайнего Севера. В разгар гражданской войны он решил отправить несколько экспедиций в Заполярье. Одни занимались ботаникой, другие – гидрографией. Существовал проект нового порта в устье Енисея,156 который позволил бы контрреволюционным силам поддерживать по морю связь с западными союзниками. Колчак хотел превратить Енисей в стратегически важную торговую артерию, соединяющую сердце Сибири со всем миром. И этот сценарий требовал больших запасов угля для пароходов. Почему бы не поверить на слово студентам?
И вот Сотников и Урванцев отправились на Север. Они вернулись уже после падения Колчака и его правительства. Адмирал был расстрелян на льду Ангары в Иркутске, его тело брошено в реку. Геологов встретила политическая полиция нового режима и бросила в томскую тюрьму. Белогвардейцы, контрреволюционеры, враги революции, отпрыски купеческих семей – казалось бы, с ними дело решенное. В архивах ВЧК хранятся протоколы допросов Александра Сотникова.157 Желая избежать смертного приговора, он пытался убедить своих палачей, что они с Урванцевым обладают информацией, способной коренным образом изменить судьбу Советской России.
Там, на севере, скрывались природные ресурсы, в которых так нуждался режим, вознамерившийся создать социалистическую индустрию. И в очередной раз молодой геолог был убедительным. Однако террор имеет свои загадки: Александр был расстрелян во дворе тюрьмы, а Николай отправлен в новую экспедицию. На этот раз – по поручению красных.
