— Здравствуйте. Прошу садиться, — судья прошёл на место за кафедрой. — Судебное заседание объявляется открытым. Рассматривается уголовное дело по обвинению Смирного Николая Петровича в совершении наезда на гражданку Пертову Светлану Георгиевну и оставлении её без надлежащей и своевременной помощи, в результате чего потерпевшая через несколько часов уже в больнице скончалась. Подсудимый, представьтесь…
Пошла обычная рутинная процедура представления всех участников процесса. Затем слово дали прокурору Кирееву Игорю Борисовичу.
— Уважаемый суд, двенадцатого февраля две тысячи тринадцатого года около двух часов ночи на пешеходном переходе была сбита Пертова Светлана Георгиевна. Виновник с места происшествия скрылся. В три сорок подсудимый доставил потерпевшую в больницу и, не предъявив никаких документов, назвавшись случайным свидетелем, уехал. Дежурный врач больницы, Желнин Александр Степанович, успел заметить вмятины на переднем правом крыле автомобиля и разбитую фару, но поначалу не придал этому значения. И лишь позже, сопоставив раны, полученные пострадавшей, и вмятины на машине, вспомнил несколько цифр в номере машины. Через несколько часов пострадавшая, не приходя в сознание, скончалась. Были проведены оперативно-розыскные мероприятия, в результате которых четырнадцатого февраля найден автомобиль и выявлена принадлежность обвиняемого к данному происшествию. Всё документы в деле имеются. Обвиняемый признан вменяемым и отдающим себе отчёт в инкриминируемых ему деяниях. У меня всё, ваша честь.
Было очевидно, прокурор не сомневался, что вина подсудимого доказана, и версия его непричастности к происшествию не подтвердилась.
— Подсудимый, встаньте, — сказал судья. — Вам понятна суть предъявленного вам обвинения?
— Ваша честь, если честно, я вообще не понимаю, почему здесь нахожусь. Того, в чём меня обвиняют, я не делал.
— Мы собрались здесь как раз для того, чтобы разобраться, что произошло. Поэтому сейчас вам необходимо ответить на мои вопросы. Вам понятна суть предъявленного вам обвинения?
— Да.
— Вы себя виновным признаёте?
— Нет.
— Присаживайтесь. Какова позиция защиты?
— Уважаемый суд, я считаю моего подзащитного невиновным, — сказал адвокат, — о чём буду говорить в ходе судебного следствия и в прениях.
— Готов ли подзащитный давать показания в суде?
— Да, ваша честь. И я бы ходатайствовал о его допросе в начале судебного следствия.
Адвокат Гуревич Иосиф Яковлевич был искренне удивлен, что в ходе предварительного следствия не обратили внимания на некоторые очень важные детали.
— Обвиняемый, встаньте. Пожалуйста, Иосиф Яковлевич.
— Николай Петрович, пожалуйста, расскажите нам, что произошло двенадцатого февраля две тысячи тринадцатого года?
— В тот день я возвращался поздно ночью от товарища, которому помогал в ремонте квартиры. Около четырёх часов ночи, проезжая возле гостиницы, недалеко от автобусной остановки прямо на дороге обнаружил пострадавшую, находящуюся в бессознательном состоянии. Когда понял, что привести её в чувство на месте невозможно, перенёс в салон моего автомобиля и доставил в больницу.
— Почему вы не захотели представиться и показать документы? — задал вопрос прокурор. — Ведь если вы невиновны, то могли бы рассчитывать минимум на благодарность за оказанную помощь.
— Дело в том, что, уходя от товарища, оставил в его доме все свои документы, даже водительские права. Мне просто нечего было предъявлять. К тому же я очень устал, и ни о какой благодарности не думал.
— Больше вопросов к подсудимому нет, — сказал прокурор.
— Защита? Нет. Тогда приступим к допросу свидетелей. Пригласите, пожалуйста, Желнина Александра Степановича, врача больницы, дежурившего в ночь происшествия…
Ничего нового врач к уже сказанному не добавил. Просто повторил то, о чём уже говорили прокурор и обвиняемый.
— Господин доктор, — обратился адвокат, — вы же сами не видели момент наезда и не можете с уверенностью утверждать, что данное происшествие произошло по вине моего подзащитного?
— Протестую, — воскликнул прокурор. — Защита пытается навязать свидетелю ответ.
— Протест принят, — сказал судья. — Защита, перефразируйте вопрос или снимите.
— Хорошо. Задам вопрос иначе. Скажите, доктор, вы можете утверждать, что именно мой подзащитный совершил эти противоправные действия? И что именно он сбил потерпевшую на принадлежащем ему автомобиле, которая в скором времени скончалась?
— Нет. Этого утверждать не могу. Могу сказать лишь то, что ваш подзащитный доставил пострадавшую к нам в больницу в бессознательном состоянии.
— В деле страница сто двадцать первая, — сказал прокурор, — есть справка о причине смерти потерпевшей, где сказано, что она умерла не от полученных ран, а от переохлаждения и не вовремя оказанной медицинской помощи. Скажите, доктор, если бы потерпевшая была доставлена сразу после совершения наезда, была ли возможность её спасти?
— Безусловно, пострадавшая погибла от переохлаждения. Провести на двадцатиградусном морозе без сознания длительное время и не замёрзнуть просто невозможно.
