Я не на шутку удивилась. У наследницы, несмотря на тонкую нервную организацию, было отменное здоровье. Свою первую беременность женщина обычно «перенашивает» чуть ли не на неделю, и это нормально.
Здесь же все произошло наоборот. Может, виной тому волнение последних дней из-за войны с Тета?
— Не могу знать, госпожа. Я просто передаю сообщение. Сколько вам нужно времени, чтобы собраться? — спросил гонец, нервно переступая на месте и комкая свою форменную шляпу с голубиным пером.
— Подождите здесь, господин Альваро. Это не займет много времени, — сказала я и, не откладывая, погрузилась в сборы, решив расспросить о подробностях родов во время поездки во внутренний город.
Сумка с самыми необходимыми в лечении средствами и инструментами у меня была всегда наготове, а одеться было делом пары минут.
И тут меня снова, как ножом, пронзила мысль. «Ты же больше не целитель!» Чем я могла помочь пациентке? Разве что, как медикус, и то, если роды пройдут как обычно, без осложнений. Иначе и роженицу, и меня ждут большие неприятности.
Да что это я… Думаю, у них во дворце имелся хороший придворный целитель! Я бы не отказалась помочь и присутствовать при родах, но только если настоящий маг будет принимать в этом участие.
Я спешно взобралась по ступенькам в повозку, которой правил гонец, так что поговорить толком не удалось.
Наконец, миновав все пропускные пункты и стену, спустя час мы прибыли в Зимнюю резиденцию герцогов Ламары.
У ворот мерзли и откровенно скучали гвардейцы, которые при нашем появлении даже обрадовались, что появилась хоть какая-то работа.
Пока охрана сличала документы с пропускными списками, я огляделась вокруг. В этом месте я еще не бывала… Поистине монументальное строение, которое не стали переделывать в угоду модным тенденциям, напоминало замок саксов из Ондерйодиск, откуда, собственно, и вел свой род первый Герцог Ламары.
Стены были сложены из разных по величине камней, доставленных с побережья, поскольку в голой степи вокруг Врат не было подходящего материала. Замок вздымался ввысь на три этажа, а на угловых башнях реяли флаги Ламары.
Помню, как аптекарь, у которого я раньше работала, рассказывал, что сначала был построен замок и форт с крепостными стенами, а потом город разросся до нынешнего состояния, и появилась вторая крепостная стена вокруг дворцового комплекса, а затем и третья, окружающая весь город.
Снег вокруг здания был расчищен, и растительности поблизости тоже не было, так что все хорошо просматривалось для охраны. Да… я хорошо понимаю Герцогиню и наместника, которые решили разместить здесь двор для пущей безопасности.
Нас с гонцом оформили и пропустили, и меня спешно проводили на второй этаж, где размещались апартаменты роженицы.
В этой хорошо согретой комнате, обитой золотистыми шелками с гербами Ламары, стояла большая кровать с откинутым в сторону золотистым бархатным балдахином.
В углу уютно потрескивал камин, служащий, скорее, для удобства, чем для обогрева, поскольку под потолком проходили такие же греющие ниши. Мне сразу стало так жарко, что я поспешно расстегнула плащ и размотала шарф.
Свет был приглушен, чтобы не беспокоить роженицу, а у кровати дежурил благообразный седой мужчина с короткой окладистой бородой и добрыми внимательными глазами, одетый в синюю накидку со знаками различия целителя.
В углу на пуфике подремывала скромно одетая, в ночном чепце женщина средних лет, очевидно, камеристка Амелии, которая встрепенулась при моем появлении.
— Доброй ночи, любезный господин. Я Твигги из Рэнса, прибыла по запросу канцелярии Герцогини, — представилась я, подчеркнув, что это не было приказом, чтобы мое положение не было превратно истолковано.
С тех пор, как я стала гражданкой Империи, я оценила преимущества, который давал мой статус. Я не хотела, чтобы этот человек отдавал мне приказы, как своей подчиненной. Мне нужно было действовать независимо и таким образом избежать ошибок.
Я отлично понимала, что нахожусь на «чужой территории», но это не повод пренебрегать своим долгом перед пациентом и не место для отстаивания личных и профессиональных амбиций.
— Приветствую вас. Я Шимус, придворный целитель и личный медикус наследницы Ламары, — в свою очередь представился он. — Мне уже сообщили о вашем прибытии.
При этих словах он неодобрительно поморщился, а борода и усы не скрыли, как он поджал губы.
— Надеюсь, моя помощь не потребуется. Но, раз уж я тут, можно мне осмотреть наследницу? — спросила я, не обращая внимания на его недовольство.
Я правда была рада, что здесь настоящий Целитель. С тех пор, как я утратила дар, меня терзал страх по незнанию потерять жизнь пациента.
— Конечно. Вы можете осмотреть госпожу Амелию, — ответил Шимус и отошел в сторону, чтобы пропустить меня.
Я подошла к роженице, которая лежала, прикрыв глаза, и совсем не обращала внимание на происходящее вокруг. Лицо ее было бледным, почти как простыни, на которых она лежала.
