Ее тяжелый живот приподнимал покрывало, но даже так было видно, что дыхание у нее поверхностное и частое, как у некрупного животного вроде зайца или мыши. Не может быть, чтобы это была агония…
Встав на колени рядом с больной, я нащупала ее руку, выпростала из-под одеяла и стала слушать пульс. Здесь и сейчас, лишенная своего дара, я вынуждена была применять навыки медикуса.
Это был типичный «пульс беременной», но крайне слабый, и в то же время частый. Амелия никак не прореагировала на мое появление и осмотр, и я спросила целителя:
— Давно она в таком состоянии? Почему она не реагирует на окружающее?
— Уже пару дней. Но это ее первые роды, так что причин для беспокойства нет. Воды еще не отошли. Она приняла успокоительное, чтобы заснуть, и лекарство будет действовать до утра, — ответил Шимус.
Все более странно… Если все так хорошо, почему же меня вызвали в замок?
Я откинула покрывало и сквозь тонкую сорочку ощупала живот больной. Матка казалась напряженной, но что внутри, я в точности не знала. Это напоминало симптомы отслоения плаценты.
— Схватки были? Может быть, небольшие кровотечения? — продолжила я опрос.
— Были ложные схватки примерно седмицу назад, но никаких кровотечений. Странно, что вы спрашиваете. Вы ведь целитель? Или я чего-то не понимаю? — нахмурился господин Шимус и скептически посмотрел на меня.
Я заметила, что камеристка Амелии, которая тоже пристально наблюдала за осмотром, что-то хотела сказать, но осеклась.
— Госпожа, вы хотели что-то мне сказать? — спросила я ее.
— Морвен из Ламары, — коротко, но почтительно кивнула она мне. — Во время схваток, о которых говорил господин целитель, было немного темной крови.
— Ясно…
Мне действительно становилось ясно, что с Амелией. Только было неясно, почему же медлит целитель.
— Господин, а какие лекарства и эликсиры в последнее время получала наследница? Можно мне ознакомиться со списком? — попросила я его.
Мне нужно было исключить прочие причины, прежде чем поставить диагноз. Силы! Как это раздражает: не знать ничего достоверно, а только строить догадки на основе симптомов и косвенных признаков. Неужели так себя чувствуют обычные медикусы? Теперь я в полной мере ощутила это на своей шкуре.
Целитель неохотно протянул мне сшитые в тетрадь листы бумаги для заметок, где аккуратным почерком, с датами и дозировкой перечислялись лекарства, которые принимала наследница.
Я бегло просматривала, как вдруг взгляд зацепился за одно название. Я перелистала записи за последний месяц, снова и снова встречая это назначение. А в последних записях встретила еще кое-что.
— Волчеягодник? Но, Силы, зачем?! — воскликнула я в неописуемом шоке. — И солодка.
— Что вас так удивляет? Это обычное средство от отеков, — ответил Шимус. — А солодка используется от утренней тошноты.
Я просто не находила слов, которыми могла бы назвать этого коновала с дипломом Целителя.
— Вы… болван, господин Шимус, — наконец выдавила я. — Разве вы не знали, что волчеягодник постепенно накапливается, и его нельзя давать так долго и в таких количествах? А солодка только усиливает действие. А вместе они вызывают сокращение матки. В Хине куртизанки часто используют это средство, чтобы прервать нежеланную беременность, — сказала я.
Лично я бы назначила отвар можжевеловых ягод и толокнянку, и то с осторожностью.
— Что… что вы говорите? — опешил Шимус, но быстро взял себя в руки. — Не может быть! Схватки быстро прекратились, а лекарство она и дальше продолжала принимать.
— Все потому, что началось отделение последа. Вот! — я схватила руку целителя и приложила к животу больной. — Разве вы не чувствуете напряжение? Там собралась кровь, матка напряглась и перестала сокращаться. Схваток не будет. Если не принять меры, то и госпожа, и ребенок умрут. А что делаете вы?
— Но позвольте! Я осуществляю энергетическую подпитку и даю лекарства, пока она сама не родит. Госпожа молода, здорова и способна сама справиться с этим. Женщины рожают детей испокон веков.
— Ну же! Проведите подробную диагностику! — требовала я.
Взгляд целителя стал отстраненным, когда он прислушивался к тому, что происходит в глубине тела пациентки. Наконец, он поднял глаза на меня, и выглядел он по-настоящему потрясенным.
— Вы были правы. И что теперь? — растерянно спросил он.
— Вы меня спрашиваете?
«Силы! За что мне все это?» Вот к чему приводит однобокая позиция Целителя. Об этом уже предупреждал Септимо, когда призывал студентов учиться искусству медикуса.
Если полностью полагаться на силы исцеления, в таких ситуациях становишься слепым и беспомощным. К тому же, с беременными пациентками Силу нужно применять крайне осторожно, и, очевидно, целитель это понимал.
— Господин целитель, я сейчас поставлю иглы, чтобы замедлить больной сердцебиение и облегчить дыхание. Тогда и ребенку тоже станет легче, — сказала я. — Завтра, когда окончится действие успокоительного, можно попробовать ускорить роды. Во время родов откроется сильное кровотечение, но, надеюсь, мы его без труда остановим.
