Она, было, вновь замахнувшись для удара, безвольно опустила руки – овладевшее ею от бесстыдных прикосновений Волан-де-Морта желание заставило ее и саму страстно ласкать его тело, принять его без сопротивления, с нетерпением, отбив желание выпускать из своих объятий.
— Хоть бы слез с меня, что ли,— прошептала меня, чувствуя, как блаженство, владеющее ею, все возрастает и возрастает,— или позволил на кровать лечь.
— Ты сама выбрала место,— равнодушно бросил Волан-де-Морт, до боли сжимая плечи Мэри,— так что не вини меня в том, что оно тебе не нравится. А к моему весу тебе стоило давным-давно привыкнуть – ведь положение наше за все это время ничуть не изменилось. И даже не мечтай попасть на мое место.
— Хватит болтать,— прервала его Мэри нетерпеливо, впившись в губы мага неистовым поцелуем,— лучше постарайся удовлетворить меня до обморочного состояния – иначе следующего раза точно не будет.
— Как скажешь,— не стал с ней спорить Волан-де-Морт, вновь лаская все те точки ее тела, до которых мог сейчас дотянуться, одновременно с этим не прерывая своего с ней единения,— для меня это – не проблема.
И Мэри уже через пять минут точно знала, что Волан-де-Морт не лжет – настолько сильное блаженство овладело ею, повергая в беспамятство...
...Очнулась она довольно-таки быстро, и тут же вскочила, чувствуя, как жадные пальцы пытаются снять с нее медальон. Отбежала к двери, прижав серебристый кружок к груди, ошеломленно посмотрев на Волан-де-Морта, что ухмылялся, глядя на нее.
— Что ты задумал?— спросила она возмущенно,— зачем тебе мой медальон понадобился?
— Тебе это знать незачем – просто одолжи мне его на день, и получишь уже завтра вечером.
— Даже не мечтай! Он принадлежит мне, и тебе я его не отдам! Тем более, не зная, для чего он вообще тебе понадобился.
Все внутри Мэри буквально кипело от гнева – она даже вооружилась, заставив Волан-де-Морта хмыкнуть:
— Расслабься, Мэри, я не буду отбирать у тебя его...
— Ну конечно, ври дальше! Да на твоем лице так и видно, что ты хочешь заполучить его!
Сверкнув глазами в гневе, Волан-де-Морт поднялся на ноги, делая шаг к волшебнице – и едва успел увернуться от проклятия, что она пустила в него.
— Значит, дуэль? Но вначале нужно сравнять силы – прикройся, Мэри.
Волан-де-Морт, подобрав простынь с пола, кинул ее в руки Мэри. Волшебница проигнорировала этот его жест – простынь пролетела мимо, опустившись у ее ног.
— Мешает моя нагота? Что ж, сожалею – могу только посоветовать тебе взять себя в руки. Но именно это сравняет наши силы, что изначально неравны.
Волан-де-Морт, поняв, что споры ни к чему не приведут, пожал плечами, вооружаясь. С минуту он стоял неподвижно, словно не имел ни малейшего желания нападать на Мэри, затем неуловимо быстро взмахнул волшебной палочкой, послав в волшебницу целый сноп лучей, что она отразила, сотворив из воздуха щит. Но еще одно, последовавшее затем, проклятье, настигло ее, заставив рухнуть на колени, обезоружив. Но вставать на ноги Мэри не спешила – дождавшись, когда Волан-де-Морт подойдет поближе, она с невиданной быстротой вскочила, вырвав из его руки волшебную палочку, что тут же полетела в дальний угол. Но, как оказалось, этого-то Волан-де-Морт и ждал – после непродолжительной борьбы повалив Мэри на пол, он придавил ее своим телом, выкрутив ее правую руку и перевернув волшебницу на живот. Она закричала от боли, чувствуя, что он уселся на нее сверху и пытается снять медальон одной рукой с ее шеи, благоразумно не касаясь самого медальона. Гнев необычайной силы поднялся с глубин души Мэри – она, яростно зарычав, дернулась так сильно, что Волан-де-Морт потерял равновесие, дав ей шанс подняться на ноги вновь, уже с волшебной палочкой в руке. Проклятие, просвистевшее мимо, заставило его пересмотреть требования Мэри:
— Хорошо, я расскажу тебе, зачем мне понадобился медальон. Только прикройся, наконец, я тебя очень прошу.
Прозвучавшая в голосе Волан-де-Морта мольба, непривычная для слуха Мэри, заставила ее выполнить его просьбу – и она, закутавшись вновь в простыню, присела на кровать, приготовившись со всем возможным вниманием слушать Волан-де-Морта, в чьих глазах уже не было огня вожделения.
— Для начала хочу спросить – тебе известно значение слова «Крестраж»?
— Крестраж?— переспросила Мэри, нахмурившись,— вроде бы это предмет, хранящий часть заключенной в нем чьей-то души. А что? Неужели ты...
Ответом на ее незаконченный вопрос стал кивок Волан-де-Морта.
— Да, и уже довольно давно. С тех пор я создал четыре крестража...
— Четыре?!— ужаснулась Мэри, округлив глаза,— так много?
— Из задуманных семи.
Волшебница в потрясенном изумлении, недоверчиво покачала головой, словно отказываясь принять слова мага.
— Это нереально... Еще никто до сих пор...
