— Нужна будет помощь – заходи в любое время,— говорила Джейн, пока Мэри облачалась в мантию. Закончив с этим, волшебница протянула руку за волшебной палочкой, подняв взгляд, до этого опущенный, на Джейн – странное, отчужденное выражение, застывшее на лице Мэри словно маска, изрядно напугало Джейн.
— Береги себя, Мэри,— сказала Джейн на прощание, обняв Мэри. Волшебница, отстранившись от нее, коротко кивнула, и вышла из комнаты, унося с собой свое горе и скорбь...
... Мэри, все еще чувствуя себя неким подобием статуи, стояла у открытого окна, и слезы, льющиеся из ее глаз, смывали крупные капли дождя, что попадали на ее лицо и мантию. Раскачивающиеся от резких порывов ветра кроны деревьев, косые струи дождя... эта картина хоть отчасти отвлекала Мэри от того мрака ужасных новостей, что она сейчас чувствовала в своем сердце. Потерян такой желанный ребенок, возможность стать матерью тоже – для чего ей жить? Учить Пожирателей смерти – единственное, что ей теперь остается, кроме как все той же роли любовницы Волан-де-Морта – роли, что теперь была ненавистна ей. Остается лишь один вопрос – что делать с медальоном, если уж и осуществлять намерение уйти из жизни? Только передать истинной владелице – а для этого ей нужна книга о потомках Гриффиндора...
Негромкий стук закрывшейся за нежданным гостем двери отвлек Мэри от раздумий. Но волшебница и не подумала поприветствовать вошедшего волшебника – так и осталась стоять на месте. Вот на плечо ее легла рука, что повернула ее лицом к гостю, и Мэри, подняв взгляд, поняла, что это Волан-де-Морт так некстати пришел к ней.
— Что тебе нужно?— спросила она безжизненно, совершенно бесстрастно глядя в глаза мага,— если что-то не срочное, то прошу – оставь меня одну, мне сейчас не до тебя.
— Что с тобой, Мэри?— спросил Волан-де-Морт с недоумением,— тебе словно сообщили, что ты скоро умрешь.
— Я предпочла бы услышать именно это, а не те слова, что мне сказали на самом деле. Наш ребенок, рождению которого ты так противился, погиб сегодня в результате выкидыша.
— В самом деле?— переспросил Волан-де-Морт недоверчиво.
Мэри горько усмехнулась, кивнув:
— Да, к сожалению – так шутить я не люблю и не умею. Но это еще не все – вдобавок к этому мне сообщили, что стать матерью я уже никогда не смогу. Еще одно твое желание сбылось...
Мэри, не выдержав, зарыдала, закрыв лицо руками – как бы она не хотела остаться спокойной, горечь тех слов, что ей пришлось сейчас сказать, заставила почувствовать себя жалкой, беспомощной и слабой.
Волан-де-Морт попытался успокоить ее, заключив в объятия, но она с воплем ярости оттолкнула его, выкрикнув:
— Можешь не трудиться утешать меня, это все равно не поможет! Я же знаю, что тебе абсолютно наплевать на то, что со мной будет!! Я тебя ненавижу!! Ненавижу!!! Только ты виноват во всем этом!!! Будь ты проклят!!!
Мэри, сорвавшись на визг, обессилено опустилась на пол, закрыв лицо руками – слезы вновь полились ручьем, а в сознании билась одна-единственная мысль – только бы он хоть один раз в жизни проявил уважение к ней, и оставил ее в одиночестве, позволив выплеснуть всю накопившуюся в душе боль. Но нет – Волан-де-Морт, подняв ее с пола, перенес на кровать, присев рядом.
— Мэри, выслушай меня. Как только я выговорюсь, то сразу же оставлю тебя в покое. Не буду говорить, что меня огорчили те вести, что теперь так сильно терзают тебя – это была бы явная ложь, и ты поняла бы это, едва услышала мои слова. Но ты не права, думая, что твои слезы и страдания, тем более, столь явные, совершенно не трогают меня – если бы это было не так, я бы не утешал тебя сейчас, а насмехался, делая твою боль еще сильнее. Твои слова о ненависти сильно задели меня – настолько искренни были. Но я знаю, что ты сказала мне это только под властью владеющей тобой сейчас горечи от потери ребенка, и на самом деле...
Слова Волан-де-Морта прервал издевательский смех Мэри – она больше не плакала, и в глазах ее, что она подняла на мага, зародился некий сумасшедший блеск.
— Эти слова – выражение единственного искренне испытываемого к тебе мною чувства, Волан-де-Морт, потому что если бы не ты и твои попытки овладеть моим медальоном, нежеланный для тебя ребенок все же родился бы, неся с собой проблемы большие, чем те, что возникли у тебя сейчас. И я хочу отплатить тебе той же монетой – с этого дня любая твоя попытка вновь изнасиловать меня, тем более удавшаяся, закончится моим самоубийством – я больше не хочу, чтобы ты и дальше спал со мной. Я бросаю тебя, ведь занятия любовью с этого дня навсегда потеряли смысл для меня, тем более с тобой. Теперь ты доволен? Или тебе этого мало?
Огонь, полыхнувший в глазах Волан-де-Морта, ясно сказал Мэри, что этого вполне достаточно.
— Ты не посмеешь... я все равно заставлю тебя... у тебя не хватит решимости...
Волшебница вновь расхохоталась, наслаждаясь замешательством мага, его злобой.
— Только попробуй, и навсегда потеряешь возможность дальше использовать меня! Поверь, все станет именно так, мне больше нечего ждать от жизни...
