Он не ответил – словно разговор с ней мог помешать его работе. Марго, вознамерившись повторить свой вопрос, обнаружила, что не может говорить – видимо, за все пытки она окончательно сорвала горло. Впрочем, не до конца – когда Северус, перевернув ее на живот, начал обрабатывать раны на спине, волшебница закричала так истошно, словно ее вновь пытали – столь большие мучения причиняли ей, казалось бы, легкие прикосновения рук Снегга.
— Потерпи, Марго,— прошептал Пожиратель, максимально нежно касаясь ее ран,— мне необходимо залечить все твои раны. Особенно здесь, на спине – они в крайне запущенном состоянии.
Марго чувствовала это – и рыдала от боли, не найдя другого способа выразить свои страдания. Те минуты, которые понадобились Северусу для лечения ее ран, показались волшебнице вечностью, а момент, когда боль ушла, оставив лишь свои отголоски в местах ран – невероятным облегчением. Северус вновь перевернул ее на спину, и, убрав заклинанием кровь с простыни, осторожно накрыл Марго одеялом.
— Почему вы использовали только мазь?— спросила она тихим голосом,— в прошлый раз вы лечили меня чарами…
— Повелитель пытал тебя в течение 10 дней, нанося все новые и новые раны,— откликнулся Северус, глянув на Марго с затаенной болью в глазах,— постоянно использовал Исцеляющие Чары – но они в последние дни имели все меньшее действие, отчего твои раны расходились все больше и больше. Сегодня они разошлись все разом – оттого ты и потеряла сознание. Пока я доставил тебя сюда, чтобы вылечить по приказу повелителя, ты потеряла много крови, я и не думал, что ты очнешься сама…
— Значит, Мальсибер не насиловал меня?— спросила Марго с затаенным страхом в голосе. И облегченно вздохнула, увидев, как Снегг покачал головой.
— Повелитель отменил свой приказ, едва увидел, что ты потеряла сознание, и все твои раны разом открылись. Поручил мне доставить тебя в комнату, вылечить…. Я позабочусь о твоих ранах и постараюсь как можно быстрее залечить их.
Марго слабо улыбнулась, собираясь поблагодарить Северуса – но он уже повернулся к ней спиной, исчез из виду, отойдя вглубь комнаты. Она почувствовала, что засыпает, закрыла в изнеможении глаза…. И, ощутив, как на ее горящий лоб опустился прохладный компресс, невольно открыла глаза вновь.
— Вы так заботитесь обо мне, Северус,— прошептала волшебница, глядя в глаза Снеггу, что сидел возле ее кровати,— уже который раз лечите меня…. Словно любящий отец, которого у меня никогда не было…
Выражение лица Пожирателя не изменилось – но волшебница почувствовала теплоту его души, его любовь к ней…
— Хотел бы я быть твоим отцом,— произнес Северус тихо,— тогда твоя жизнь была бы иной…. Ты не испытала бы тех страданий, что тебе пришлось пережить…. Я бы смог тебя защитить…. Сделал бы это даже ценой своей жизни…
Он замолчал, отведя взгляд – словно понял, что сказал слишком много. Взял с ночного столика кубок с мутной жидкостью, протянув его Марго. Волшебница узнала кровевосстанавливающее зелье, но выпила его, несмотря на противный вкус – знала, что оно ей необходимо. И, едва сделав последний глоток, поняла, что погружается в сон….
====== Глава 25. Подпольная деятельность. Рождение новой надежды ======
Следующие несколько дней для Марго пролетели, словно один – она почти все время спала, потихоньку выздоравливая, лихорадочный бред заменился на сны, в которых она ходила в тумане, отчаянно моля о помощи, пытаясь найти выход, которого не было. А, просыпаясь, едва различала лицо Северуса, что давал ей очередной настой – уменьшить жар и вскоре заснуть крепким сном….. Параллельно он залечивал раны волшебницы – и тогда она просыпалась от острой боли, что постепенно становилась чуть меньше, так и не уходя совсем. По словам Северуса, что Марго услышала, когда проснулась в очередной раз, терзаемая жуткой жаждой, раны ее больше не расходились, и теперь оставалось лишь долечить их. Волшебница обрадовалась этому только отчасти – совсем скоро сильная слабость вынудила ее вновь заснуть беспокойным сном….
Но вот, наконец, лихорадка оставила ее тело, сил у Марго прибавилось…. И на шестой день лечения она поняла, что почти поправилась – теперь в теле была только небольшая слабость.
— Как мои раны, Северус?— спросила она, сев в кровати.
Пожиратель, чуть улыбнувшись, сказал:
— Этих ран больше нет – я залечил их.
Марго торопливо подняла край пижамы, оголив живот – и, увидев, что на месте ран остались лишь заметные шрамы, вздохнула с облегчением.
— Значит, я здорова! А эти шрамы, Северус? Вы сможете их убрать…?
Мгновенно помрачневшее лицо Снегга ясно сказало ей, что это невозможно.
— Я достиг наилучшего результата, использовал все свои умения в зельеварении,— произнес Снегг тихо, не глядя на Марго, что вся поникла,— раны затягивались 5 дней, и то, что они больше не откроются – большая удача. Но эти шрамы… они останутся навсегда.
Марго попыталась улыбнуться, сказала с теплотой в голосе:
— Я вам так благодарна, Северус…. Вы смогли сделать невозможное, благодаря вам я уже завтра буду полностью здорова…. Как мне отблагодарить вас за заботу?
