Волан-де-Морт не стал повторять, просто направил свою волшебную палочку на Мэри, без слов приступая к тренировке. Она вдруг совершенно четко представила, как вчерашний сон ее словно по чьей-то прихоти всплывает в ее сознании, на самом деле вызванный волей Волан-де-Морта. Это видение было настолько ярким, словно все происходило на самом деле, и знакомый волшебнице гнев, сравнимый с мощью пожирающего живое огня, вновь овладел ею. И она, бессознательно направив свою волю на борьбу с чужим сознанием, отразила атаку Волан-де-Морта быстрее, чем тот успел увидеть хоть какое-нибудь воспоминание. Прошло мгновение, затем Волан-де-Морт, с ничуть не изменившимся лицом вновь атаковал Мэри, чтобы через секунду вновь быть изгнанным из ее сознания. И снова бесплодные попытки атак… Темный Лорд словно стремился вымотать волшебницу постоянными попытками тарана ее памяти, но она, еще вчера не способная противостоять его воле, сейчас справлялась с этим заданием играючи, и с каждым разом силы для борьбы все возрастали, словно кто-то неизвестный помогал ей по одному ее желанию. Лицо Волан-де-Морта, жемчужно-белое, неизменно стояло пред ее глазами, ярко горящие в бессильной злобе глаза не отрывались от ее глаз, она едва успевала замечать становившиеся с каждым разом резче и яростнее взмахи волшебной палочки в длиннопалой руке…
И вдруг все прекратилось. Волан-де-Морт застыл на месте, не в состоянии пошевелиться от потрясения внезапно открывшимися способностями Мэри. И ничто, кроме глаз, казалось бы, разом погасших, не говорило о его чувствах.
— Когда-то я сомневался в том, что ты освоишь окклюменцию,— задумчиво произнес он минуту спустя,— теперь же сомневаюсь в том, смогу ли я когда-либо еще применить легилименцию против тебя. Мне непонятно только одно – почему сегодня, не раньше? Неужели отсутствие Покровителя так сказалось?
— Свободный человек способен на большие свершения, чем зависящий от кого-то,— ответила Мэри, радуясь тому, что Волан-де-Морт не сможет узнать истинную причину ее сегодняшнего успеха.
— Тогда твоя полная свобода продлится до завтрашнего утра – тренировка окончена.
— Значит, изучение легилименции переносится на завтра?
— Что, хотела приступить к ней прямо сейчас?— заметил Темный Лорд проницательно,— придется подождать – я еще не нашел того, на ком ты будешь отрабатывать это умение.
Мэри, помедлив, кивнула – и как это ей могло придти в голову, что Волан-де-Морт позволит ей проникать в его разум?
— Тогда – до завтра.
Она повернулась, сделала два шага, но раздавшееся внезапно властное «Подожди» заставило Мэри вновь повернуться.
— Неужели передумал?
Волан-де-Морт усмехнулся, покачал головой.
— Просто хотел поговорить.
— Ну, говори,— произнесла Мэри, гадая, что пришло ее учителю в голову. Но вскоре это показалось ей несущественным – цепкий, приковывающий к себе взгляд Волан-де-Морта не оставил ей способности думать о чем-то, лишь смотреть в постепенно наливающиеся странным огнем глаза. И вновь все повторялось – волшебнице уже было неважно, что хотел сказать Волан-де-Морт, она видела лишь его глаза, которые необычайно завораживали ее. Но не голос – высокий и холодный, он мигом вывел ее из транса:
— Вчера ты доказала, что не нуждаешься в защитнике, и можешь защитить себя сама. Ты ведь не станешь отрицать, что это твой амулет вновь помог тебе?
— Не стану,— ответила Мэри, осознавая глупость иного ответа.
Волан-де-Морт удовлетворенно кивнул.
— Значит, ты уже научилась управлять его силой?
— Для этого нужно расшифровать тот пергамент, что я тебе показывала. Возможно, медальон способен только на самозащиту, не более.
— Мальсибер прикоснулся не к медальону непосредственно,— возразил Волан-де-Морт,— а к тебе. Я уверен, что ты была под защитой медальона в тот момент, иного объяснения нет.
— Да, ты прав,— кивнула Мэри,— но эта защита не оградила меня от Обездвиживающего заклинания.
— Полагаешь, медальон, который ты носишь, не способен отражать заклинания?
— А ты, видимо, уверен в том, что это далеко не так?
Волан-де-Морт подтвердил предположение Мэри легким кивком. С минуту он пронзал ее изучающим взглядом, затем произнес:
— Покажи еще раз свой амулет.
Эти слова не были приказом, но Мэри почему-то и не подумала спорить, и уже через секунду тяжесть медальона оттянула протянутую руку Волан-де-Морта. Сейчас он изучал переплетение таинственных узоров гораздо дольше и внимательнее, словно пытался разобрать что-то невидимое постороннему глазу. Волшебница, переводя взгляд с медальона на лицо Волан-де-Морта, сейчас даже не боялась, что маг может отобрать столь дорогую ей вещь, хоть и видела все разгорающееся в его глазах пламя алчности. На миг ей показалось, что медальон уже не принадлежит ей, но нет – Волан-де-Морт, оторвав от него взгляд, немедленно вернул медальон Мэри, и она тут же водворила его на место.
— Тот пергамент еще у тебя?
— Что, хочешь расшифровать те письмена, что он несет?— подняла брови Мэри.
Волан-де-Морт усмехнулся:
— Тратить на подобную ерунду свободное время? У меня его не так уж и много. Раз медальон твой, ты и разбирайся с его секретами.
