Гарри плохо помнил, как ему удалось доиграть сцену – благо она была заключительной на сегодня. После выходки Снейпа кружилась голова. «Прям девственница на выданье» – ругал себя Гарри, переодеваясь за ширмой в комнате для репетиций. К горлу подкатывал ком от обиды, что все это только игра и представление на публику. Ему было больно и сладко одновременно. Хотелось повторить, и было страшно, что Снейп мог о чем-то догадаться. «Я чуть не бросился его обнимать. Придурок! Нужен я ему!» – укорял себя Гарри, стараясь успокоить бурную фантазию, которая, казалось бы, помимо его воли уже рисовала яркими красками их счастливое совместное будущее. Конечно же, новость о том, что Снейп расстался с Крамом, дошла до ушей Гарри еще до конца сентября. Но он прекрасно понимал, что все равно практически нет ни малейших шансов на то, что Снейп обратит на него внимание как на возможного партнера. Гарри Поттер никогда не сравнится с его бывшим любовником – Крамом. Мало того, что Гарри пока лишь студент, так он к тому же еще и сын человека, с которым Снейп когда-то был, мягко говоря, на ножах.
– Как только тебя не стошнило? – засмеялся Рон, пристраиваясь на диване рядом с Гарри в гостиной Гриффиндора. – И чего ты убежал и не подождал Гермиону? Она, кажется, обиделась.
– А ты почему не подождал? – парировал Поттер – он вообще не хотел ни с кем общаться сразу после репетиции.
– Так мне же переодеваться толком не нужно было: скинул рясу – и все, – оправдался Рон. – Ты не ответил – как ты выдержал его слюнявый поцелуй?
– И откуда ты знаешь, что он был слюнявым? Есть опыт? – Гарри решил пойти в наступление, иначе, как он знал, Рона не отвадить от темы.
– Фу-у-у… Бе-е-е… – Рон изобразил, будто его тошнит. – Что ты выдумал! С чего бы это мне целоваться со Снейпом?
– Но ты так хорошо осведомлен о том, какой у него поцелуй. Вот я и подумал… – Гарри насмешливо хмыкнул.
– Мордред тебя раздери! Мало того, что он мужик, так это еще и Снейп – самый вредный из всех учителей! Чего бы я вдруг с ним целовался! – возмутился Рон, не замечая, что вокруг них уже собирались любопытные.
– Уизли, что-то ты слишком рьяно возмущаешься. Подозрительно это… – Финниган скабрезно рассмеялся, жестами показывая, как Рон гипотетически мог обниматься со Снейпом и целоваться с ним. – Поттер, сочувствую, – хлопнул он Гарри по плечу. – Но искусство требует жертв! Зато ты с Джинни безнаказанно можешь целоваться сколько хочешь, – заметил он, оглядываясь на Дина Томаса – парня, с которым Джинни встречалась. – Даже завидно!
– Смотри у меня! – Дин, усмехаясь, пригрозил Финнигану кулаком. – Я тебе «позавидую»! Иди вон, как Поттер, со Снейпом целоваться, – все вокруг рассмеялись.
– А он хорошо целуется? – влезла со своим вопросом Лаванда, у которой любопытство было вторым именем. Однако откровенная попытка что-либо разузнать потерпела фиаско – Гарри проигнорировал ее интерес.
– Если бы не понравилось, то он сейчас не молчал бы, а возмущался во весь голос, – Финниган продолжал насмешничать. – Может, нам Джинни расскажет, насколько улучшилась техника поцелуев у Поттера после его обучения у Снейпа?
– Вот балаболы! Гарри всегда хорошо целовался, – вступилась Джинни за друга и толкнула Финнигана в плечо, таким образом давая ответ на его подначку. – Нет-нет, Дин, ты, конечно же, целуешься намного лучше! – она взяла за руку своего парня и тепло ему улыбнулась.
Гарри не слушал весь бред, который рождался в умах переполненных гормонами ровесников, изгалявшихся над неординарным поступком Снейпа. Он мечтал уединиться и посмаковать случившееся, вспоминая теплые губы, целовавшие его, крепкую руку, удержавшую, когда он чуть не потерял равновесие, и на мгновение вспыхнувший дьявольским огнем взгляд непроницаемо-черных глаз. Но Гарри понимал, что этого делать нельзя, если он не хочет, чтобы кто-то догадался о его настоящих чувствах. Поэтому ему приходилось сидеть в гостиной, где дюжина его друзей, принимавших участие в постановке пьесы, сначала дружно насмехались над ним, удостоенным такого почетного внимания, а затем так же дружно обсуждали этичность поступка Снейпа. В итоге решили, что в театре дозволено почти все, и тема сама собой забуксовала и вскоре стала неинтересной.
***
Северус, успев еще в зале для репетиций переложить ответственность за свой порыв на Дамблдора, добравшись до своих апартаментов, уже не изъявлял большого желания копаться в себе, отыскивая причины собственной яркой реакции на поцелуй с Поттером. Оказалось очень легко списать все на то, что у него, привыкшего за два года к более-менее устроенной интимной жизни, вот уже несколько месяцев никого не было. Мальчишку, похоже, не слишком шокировало, что ему пришлось поцеловаться с мужчиной. Только теперь Северусу припомнилось, что после Турнира Поттер вроде бы недолго встречался с Диггори. Учитывая, что в то время у Снейпа начался роман с Крамом, было и не удивительно, что он тогда не придавал значения тому, чем занимаются дети в школе, лишь бы на уроки ходили.
