— Сам глянь чего. Туда мы катим али нет? — сказал Сила, зачерпнув в кармане горсть орехов.
Скоморох вытянул тело на козлах и тут же ёкнул. Некоторое время вращал головой с наитупейшим выражением на лице, затем часто заморгал, будто пытаясь прогнать морок. Протёр глаза. Соскочил с передка и обошёл повозку. Сила следил за братом не слезая, крепко держа поводья. Грыз орехи. Внутри всё переворачивалось от гадкого ощущения. Вылезли из-под полога и сели на облучок Ворона и Апанас. Апанас через мгновение соскочил с козел и присоединился к Кощею. Когда Скоморох, обойдя повозку три раза, остановился у правого переднего колеса, Апанас остановился тоже, хмуро глядя на колесо. Кощей сунул руку к внутренней стороне колеса, послышалось шипение и запахло гарью. Скоморох одёрнул руку.
— Колесо — движитель, свободно вращающийся или закреплённый на вращающейся оси… — затараторил взволнованно Апанас.
— Помолчи, — рявкнул на него Кощей и посмотрел на Силу. — Заколдовали, суки. Скорей всего утром знак нашкрябали, чтобы телега ехала туда, куда им надобно.
— А кони? — удивился Сила.
Кощей ничего не сказал. Прошёл вперёд. Приложил ладони к их лбам, прикрыл глаза. Заскрипел зубами.
— Поменяли маршрут. Вот сволочи, — зашипел через некоторое время он.
— Кто? — зачем-то спросил Сила.
— А я по чём знаю, кто, — сплюнул на землю Скоморох. — Увели нас в сторону, гниды. Наверное те самые бандиты, что напали в Развесёлом. Говорил же я тебе, давай вернёмся и доведём дело до конца. А ты мне: не надо, целы и ладно… — И Кощей опять сплюнул, затем погладил коней по лбам и сухим носам.
— Там огромная банда была, — оправдывался Медведь, насупившись. — Только время бы потратили, да силы. А то мож и раны бы какие заимели. У нас дела другие.
— Другие-другие, — пробурчал Скоморох. — Можно перестроить маршрут. Раз плюнуть. Но вся проблема в знаке. Он прожёг колесо и теперь ворожба врезалась в повозку. И ежели я сейчас поменяю маршрут, повозка будет стоять на месте. И даже сто мертвяков её не сдвинут. Придётся убирать ворожбу. А убрать ворожбу можно только в одном случае: вырезать их знак моим знаком с помощью колдовства. Однако, во-первых, только не здесь, — и Кощей обернулся на двухэтажную будку, которую можно было бы назвать домом, намекая на стражей ворот. — А во-вторых, надо будет менять колесо. Так что выход лишь один, брат Медведь, придётся нам ехать туда, куда ведут.
— А просто сменит колесо мы не сможем, потому что маршрут такого не предполагает.
— Точно, брат, остановиться можем, а вот свернуть или же завернуть куда-то — нет.
— То есть придётся нам ехать прямо в лапы к бандитам. Или кто там они?
— То есть прямо в лапы тому, кто такой умный и кто нам телегу, мать его, попортил! — зло бросил Кощей, затем погладил мёртвых коней по лбам, вздохнул и вернулся на облучок, на котором уже сидели Ворона и Апанас.
— И в какие же лапы они нас ведут? — вопросил задумчиво Медведь, расщелкнув зубами орех и выплюнув шелуху. Пожевал зёрнышко, проглотил.
— Не могу знать, брат Сила, сокрыто всё. А колдовать здесь и сейчас, я уже говорил, опасно. Загребут, потом доказывай, что ты не осёл. Мы же с тобой везём лица не определённые, странные, мож, опасные, — и Скоморох мотнул головой в сторону Вороны и Апанаса, которые сидели между ними, как ни в чём не бывало. — В общем когда доберёмся до пункта назначения, тогда и узнаем, кто с нами такие не смешные шутки шутит.
— И по какой причине, — добавил Медведь. — Не ясно чего хотят. Обворовать? Так у нас и брать нечего.
— Может за упырями? — снова кивнул в их сторону Кощей.
Сила некоторое время смотрел на ничего не понимающую Ворону, что пучила свои жуткие глаза, потом на Апанасия, который сидел, словно кол проглотив, и поджимал тонкие губки, чуть улыбаясь. Затем опять на брата.
— Да хрен его знает.
— Давай не будем сейчас об том ломать голову, — махнул рукой Кощей. — Встретимся с лиходеями снова, тогда и спросим. Хотя мне не интересно. Факт того, что они нервы нам портят и время тянут, уже заставляет меня думать об них, как о простой занозе, не более того.
— Ворона, — вдруг подала голос Ворона.
— Трогай, — скомандовал Скоморох, и Медведь щёлкнул поводьями.
