– Значит, должны были быть еще эпизоды, здесь сожрано относительно немного. Нападения на привязанную скотину. Возможно, на людей… Старые вэйверы медлительны, за взрослым оленем в лесу им не угнаться, а беспомощных детенышей к осени не осталось, подросли.
– Никаких происшествий. Я специально узнавал. Тишина.
– Значит, это не дикая тварь, по какой-то случайности вымахавшая до невиданных размеров. А если здесь порезвился чей-то искусственно выращенный зооморф… Он тоже должен чем-то питаться. Хорошо бы проверить у торговцев мясом, не случалось ли в последнее время подозрительно больших заказов.
– Я уже проверил. Таких заказов не было, – сказал Дидье и тут же предвосхитил мою следующую догадку: – И наоборот, постоянные поставщики не исчезали неожиданно с рынка и не уменьшали количество привозимого мяса. То есть никто из них не отрабатывал секретный посторонний заказ. Если у тебя нет других идей, то произнеси вслух то, о чем мы оба думаем.
Идеи у меня имелись, и некоторые достаточно оригинальные. Например, мысль о портале в ближайших окрестностях, через который тварь попала на выпас, – прикончила бугая и убралась тем же путем обратно. Или мысль о фальшивке, об огромных зубастых щипцах, которыми кто-то имитировал укусы вэйвера, а потом побрызгал раны заранее припасенным ядом. И все это таинственный «кто-то» делал в обуви, имитирующей следы когтистых лап…
Но я не стал изощряться в пустопорожних догадках. Озвучил мысль, к которой меня исподволь подводил Дидье:
– Оборотень. Вернее, поскольку о стихийной способности оборачиваться вэйвером никто и никогда не слышал, – маг-оборотень.
О том, что такой заказ мне не по силам, я добавлять не стал. Черный Дидье понимал это не хуже меня. Разбираться с сильными адептами враждебной магии (а слабый вэйвером не обернется) выезжают лучшие сестры-заклинательницы Инквизиции в сопровождении целого отряда моих бывших сослуживцев. Сунусь в одиночку – станет на свете одним отставным Алым плащом меньше.
И вот тогда Дидье мня удивил.
– Почему же никто и никогда не слышал… Вы люди, слишком недолго живете и память у вас короткая. Все, что происходило двадцать поколений назад, вы считаете легендами. А что было до того, вообще не помните. А у нас долгая память…
Он помолчал и добавил:
– Вэйри клана Лгаанх издавна умели оборачиваться вэйверами. И другими зверями тоже. Без хитроумных заклятий и зачарованных амулетов, природной магией своей крови. Не смотри на меня так… Я не состою с этим семейством ни в каком родстве, и оборачиваться не способен, и уж тем более не стал бы убивать собственного быка.
– Мужчины этого рода, надо полагать, оборачивались самцами, а здесь поработала самка, – произнес я невинным тоном, кивнув на тушу. – Не сочти за бестактность, Дидье, но поневоле возникает вопрос: не эту ли самку в другой ее ипостаси твоя дочь называет бабушкой?
– Ее зовут Орайе… Она мне не мать, и даже не теща, и Дейре, соответственно, не приходится бабушкой в вашем смысле слова. У нас степени родства более сложные.
– Ты не ответил на главный вопрос.
– Да. Она в кровном родстве с кланом Лгаанх, хотя попасть туда можно было и без родства, через обряд инициации. Скорее всего, Орайе последняя представительница клана. И не хочет, чтобы на ней история Лгаанха завершилась.
Тут я сообразил, к чему он клонит.
– Ты, Дидье, не можешь с ней ничего сделать, не знаю уж, по каким причинам. Даже отказать от дома не можешь. И не желаешь, чтобы твоя дочь превратилась в нечто… скажем так, в нечто, никак не сочетающееся с той жизнью, что ведет твоя семья. И надеешься, что твои проблемы решу я. С Алого плаща взятки гладки, пусть и с бывшего, одним убитым мраном больше, одним меньше… Так?
Он выслушал мои предположения с каменным лицом. Ни то что ни словом не выразил согласие – даже не соизволил кивнуть или подмигнуть. Потом произнес без следов эмоций в голосе:
– Я всего лишь хочу, чтобы ты, Реньяр, уничтожил тварь, убившую моего племенного быка. И готов хорошо заплатить за это.
– Мне нужен меч. Хороший большой меч, способный заменить фламберг.
– Когда?
– Прямо сейчас. Хочу прогуляться по следу, ведущему с выгона.
– След исчезает сразу за оградой выпаса, мы проверяли.
– Для вас, может, исчезает… – сказал я и не стал развивать мысль.
– Посмотри на себя, ты едва шагаешь… Если дойдешь до конца следа и вступишь в драку, на свете станет одним Алым плащом меньше, только и всего.
Прямо-таки слово в слово повторил мою недавнюю мысль.
– Все когда-то умрем… Но я в драку лезть не собираюсь. Небольшая предварительная разведка. Пешие прогулки полезны выздоравливающим, однако я как-то не привык гулять по лесу безоружным.
Сообразив, что меня не переупрямить, Дидье сказал со вздохом:
– Ладно, пойдем, попробуем подобрать тебе что-нибудь по руке.