Будь на их месте то же число обученных пикинеров или алебардщиков, – мы все бы там и полегли, короткие мечи наших лучников были плохо пригодны для конного боя с пехотой. А так дело клонилось к победе, когда откуда-то со стороны раздалась команда, уцелевшие бандиты порскнули в стороны – и по нам вновь ударил арбалетный залп.
На этот раз мне повезло меньше… Получив болт в грудь, кобыла забилась, пару раз поднялась на дыбы, норовя выбросить из седла, – и как-то очутилась на краю поляны, в самой гуще бандитов, расшвыривая и давя их. Они бросились врассыпную, но не все. Один с утробным хеканьем воткнул в левый бок бедной лошадки здоровенный нож-косарь. Глубоко воткнул, по самую рукоять, – и тут же свалился сам, сраженный моим клеймором.
Затем лошадка получила промеж глаз боевым молотом и рухнула замертво.
Ох-х-х!!!
Как раз на больную ногу!
Мир снова окрасился красным, теперь без помощи «кнута». Из багрового марева выплыла ощеренная довольная физиономия и молот, занесенный над головой. Клеймор выпал при падении, я тянулся к рукаву и понимал, что метнуть нож все равно не успею.
Смутно мелькнуло нечто, плохо различимое, – и голова исчезла. Молот остался, но руки поднимали его над опустевшими плечами. Потом из перерубленных жил вверх ударили кровавые струи, а я увидел Черного Дидье, возвращающегося в гущу драки, там сейчас завязалась рукопашная с «Серыми стрелами».
Вытаскивая ногу из-под придавившей ее конской туши, я услышал рядом, в кустах, какое-то шевеление… Вспомнил, что именно оттуда прозвучала команда, обрушившая на нас очередной залп.
Освободился, кое-как поднялся на ноги и шагнул туда, подхватив клеймор. От меня, – пешего, бездоспешного и хромоногого, – в свалке все равно много пользы не будет…
Опоздал. Он еще хватался руками за траву, выдирая ее с корнем, но на самом деле был мертвецом, жизнь стремительно вытекала из перерезанной глотки. Эмблема «Серых стрел» на груди чуть иная – из накладного серебра и с добавлением грифона… У моих ног умирал командир арбалетчиков.
Убивший его человек уходил и почти исчез за подлеском. На ходу он обернулся, бросил назад опасливый взгляд, и мне показалось, что это Ла-Мар.
Я преследовал его на протяжении почти двух лиг.
Далеко отстал, – нога адски болела, я едва мог наступить на нее, а Ла-Мар словно специально выбирал труднопроходимые места. Возможно, и впрямь специально, опасался конной погони.
Потерять след я не боялся. Замковый эконом лес не знал, не чувствовал, ходить по нему скрытно не умел. Его смог бы выследить самый юный и неопытный из начинающих охотников.
Боялся я другого: след протянется несколько лиг и в конце концов приведет к логову колдуньи, где мне в одиночку ничего не сделать, – и тогда придется прошагать тот же путь обратно, за нашим поредевшим отрядом. Бедро решительно восставало против таких перспектив.
Пока шагал, немного привел мысли в порядок. Обмозговал, откуда и зачем появились «Серые стрелы» в здешних лесах.
Да, они элита королевских войск, вот только выступают под штандартами вовсе не мурсиальского короля, а Жофруа Второго, сюзерена Виэраза, Аргайла и прочих мест… Жофруа в последние годы набирает силу, поглотив несколько мелких независимых государств. Возможно и здесь пожелал поймать какую-то рыбку в мутной воде. Силы, посланные им, слишком незначительны, чтобы их действия могли стать причиной полноценной войны. Все можно списать на дезертирство, на самоуправство командира. Но в состоянии неустойчивого равновесия даже такая горсть людей способна решить исход дела.
Пройдоха Ла-Мар, как мне казалось, служил вообще всем господам сразу. И сьеру Гидо, и королю Жустену, и королю Жофруа… Не удивлюсь, если окажется, что именно он сообщил капитано-ди-джустица Святейшей матери о моем нахождении в здешних краях.
Конечная цель его запутанной хитроумной игры пока оставалась в тумане. Подлец при малейшей опасности обрубал ведущие к нему нити… Вот и сейчас прикончил командира чужих арбалетчиков, едва увидел, что дело идет к нашей победе. А много ли известно рядовым солдатам?
Мои рассуждения неожиданно оборвались. Я увидел впереди спину Ла-Мара.
Пробирался сквозь лес он не к логову колдуньи. И не к тайному лагерю «Серых стрел» и их союзников, наверняка тот где-то неподалеку, под защитой «блуждательного» заклятья.
Ла-Мар добрался до неприметного, только ему ведомого места в лесу, – и чем-то там увлеченно занимался.
Я подкрадывался медленно-медленно, тщательно выбирая места, куда поставить ногу. Вскоре понял: Ла-Мар копает землю большим тесаком с плоским лезвием, – наверняка им же он прикончил командира «Серых стрел», другого оружия у прохиндея я не видел.
Яма получалась приличных размеров, но ничего, что можно было бы туда спрятать, Ла-Мар с собой не имел. Значит, наоборот, достает припрятанное… Собрался в бега? Я вдруг понял, что меня совершенно не интересуют планы Ла-Мара, ни ближайшие, ни перспективные. Подкрадусь поближе и зарублю негодяя.