Мат льётся повсюду! Он теперь поистине вездесущ. Мат сделался национальной эпидемией, массовой заразой, которая поразила все слои населения. Мимо дома какого-нибудь идёшь, а из окон непременно матерщина звучит. Что матерятся мужчины – на это уже внимание не обращается, это стало почти нормой. Но вот стоит девичья компания, девочки-тростиночки, нежные создания, а подойди поближе, там этаким баском юнца с застопорившимся половым созреванием произносятся слова самого низменного пошиба. Идёт молодая семейная пара с ребёнком, и от них тоже мелкими какашками остаётся шлейф матерщины и прочего мерзкого осадка. В университет ли зайдёшь, в привокзальный ли туалет, переполненный старый автобус мимо проедет или навороченная иномарка – а отовсюду один и тот же звуковой фон: мат, мат, мат. Матерщинники раззявили матюгалиники и заметерились. Такое впечатление, что люди употребляют его и даже не понимают,
Народ опошлился, охамел, оскабарел, если хотите, утратил что-то незаметное, но очень важное для себя. Народ стал каким-то бесцветным, застиранным, безвкусным. Толпы угрюмых рыл со словечками-плевками типа «мл я» или «ё-моё» на устах, и требуется особый дар, чтобы понять эти «дык», «чёбы» и «кагбы». Не стало у народа вкуса к речи, чувства красоты своих же слов. При этом он тупо оправдывает свою нарастающую деградацию тем, что «жизня трудная настала», вот он и матюгается при каждом выдохе. Иногда и при вдохе. Якобы так «легше». Кому легче?
Должно быть, у россиян возникло слишком много моментов и объектов жизни, на которые можно реагировать только матом. Как говорится, трудно придерживаться нормативной лексики в ненормативной обстановке, как невозможно оставаться нормальным в ненормальном обществе. В самом деле, что делать человеку, если все сбережения «сгорают» за один год, а то и день? Что делать, если он видит вокруг слишком много подлости, глупости, жестокости? Раньше это тоже было, но не в таком количестве, как теперь. Человеку тревожно, человек не знает, как выразить свои настроения каким-либо социально приемлемым образом, кроме мата.
– Каждое утро обещаю себе не ругаться матом, – жаловался бригадир. – Не получается! Столько идиотизма вокруг, что не получается вести себя так, чтобы не выругаться.
Существует теория на стыке антропологии и эстетики, что человеку время от времени необходимо избавляться от груза культуры, проводить своего рода перезагрузку системы. Минутное отрицание культуры с использованием мата нужно если не всем, то многим. Но такое «минутное» отрицание культуры порой выливается в тотальное бескультурье. А бескультурье – это всегда враг развития страны. Никто не захочет иметь дело с бескультурным и диким обществом, а ведь мы именно дичаем. Модернизация общества должна начинаться с повсеместного повышения уровня культуры, преодоления терпимости к низким стандартам поведения. Это на мозоль тем, кто ещё с Перестройки призывает россиян быть терпимым ко всему и вся, даже если это терпеть уже невозможно.
Ну кто, скажите, захочет знаться с человеком, который встречает жену у роддома и, получив свёрток с новорожденным младенцем, так выражает своё «восхищение»: «Ути, сволочь ты моя! Ути, сучка какая вышла! Родила-таки, проститутка»? Нет, он не ругается, не «отводит душу отрицанием культуры», а очень ласково и дружелюбно общается со своим только что родившимся ребёнком. Просто он уже не знает других слов, потому что агрессия ругательств со временем выжигает словарный запас почти полностью. То есть тяга к брани, к оскорблениям зарождается не по схеме «меня довели, вот я и ругаюсь», а напоминает гниение изнутри. Внешне румяное и спелое яблоко имеет гнилую сердцевину, и этот гной постепенно проступает на поверхность. Внешне воспитанный и доброжелательный человек время от времени показывает свой ущербный внутренний мир и неразвитый разум.
