Я не знала, хватало ли темноты, чтобы рассчитывать на свет луны. А если юэшень появится в отражении? А если Тай?
Я не должна была думать о нем, когда меня ждал долг, но, хоть миссия была выполнена, я не могла отвлечься от мыслей о нем.
Стены судьбы давили на меня, как когда я смотрела на свое отражение в свадебном наряде. Но ничто не помешает в этот раз. Я не могла позволить, чтобы мне помешали. Канг не потерпит новых промедлений, будет сложно и сейчас убедить его простить меня за побег, даже если я ушла за тем, что он считал своим.
Ветер шуршал над палубой. Голоса звучали в нем. Мне стало не по себе. Я напряглась. Голоса звучали отовсюду и из ниоткуда, звенели в ушах и голове. Но я не слышала слова, и вскоре голоса утихли, оставив одни вопросы.
* * *
Многослойные крыши храма Байхешан сияли в полуденном солнце. Путь длился дольше, чем я надеялась — три полных дня. Я заметила силуэт на горизонте, полетела по дуге, чтобы не столкнуться с поисковым отрядом Канга. Я не спала, пока не спрятала корабль в пещере ночью, чтобы меня не увидели местные патрули Канга. Я не хотела тратить время на отдых, но уставшее тело победило.
В этот раз в город не ехала телега, и мне пришлось идти. Когда я добралась, стемнело. Я не знала дорогу, и без Тая я боялась, что заблужусь в лесу. Похоже, Канг получил разрешение на обыск города, и я замедлилась, избегая их. Но никто пока не обыскивал храм.
Ибситуу встретила меня на пороге храма.
— Рада тебя видеть. Ты вовремя… люди Канга ушли сегодня и не должны вернуться в ближайшее время, — она посмотрела мимо меня, явно искала взглядом Тая.
— Тай ушел со своим народом, — я вытерла пот со лба, было жарко после часов ходьбы под летним солнцем.
— Знаю. Я ощутила, что юэшени вернулись к себе на луну.
— Вы знали, кто Тай?
— Да, — Ибситуу поманила меня за собой, пошла по двору храма. — Он не рассказал, но, когда я его встретила, я сразу поняла, что он не совсем человек. Простые раскрывающие чары показали его истинную природу, но я пообещала, что не расскажу тем, кто не знает, — она переступила порог своей комнаты. — Ты не должна винить Тая за сокрытие личности. Юэшени никогда не доверяли людям, они — потомки чистых душ и видят тех, кто остался на Земле, как низших… жадных и жестоких, — она фыркнула. — Они забыли, что гордость была первым грехом, который их потомки быстро освоили.
Я тоже скривилась.
— Конечно, не все так думают, — продолжила Ибситуу. — Тай так не думает. Но, хоть он живет меж двух миров, он все еще скован законами юэшеней. Уверена, ты его еще увидишь, — она хитро улыбнулась. — Уверяю тебя, и он о тебе думает.
Мои щеки стали горячими.
— Вряд ли.
Она приподняла брови.
— Я пришла говорить не о нем, — я фыркнула, вытащила из-за спины меч с Речной жемчужиной. Клинок задел меч отца. — Вы можете вытащить жемчужину из меча? Мне нужно, чтобы наместник Канг думал, что я догнала вора и тут же вернулась.
Ибситуу приняла меч обеими руками и выдохнула с сожалением.
— Уверена, что это необходимо? Я бы не хотела их разделять.
Я виновато посмотрела на нее.
— Простите. Но я не знаю, как объяснить меч Кангу, не раскрыв, что я помогла вору сбежать.
— Ты могла бы сказать, что, когда догнала вора, он уже соединил ее с мечом… — Ибситуу покачала головой. — Но это слишком большая сила для наместника Канга, и это может раскрыть ему мой истинный талант, чего я не хотела бы. Полагаю, жемчужину украли у твоего народа, так что правильно вернуть ей изначальный облик, — она опустилась на стул и положила меч на стол перед собой. Мовань ничего не говорил, когда вы с ним столкнулись.
Я пожала плечами.
— Никакой правды.
— О? Какую ложь он рассказывал?
— Он сказал, что, удерживая юэшеней, он защищает остальной мир, — я презрительно фыркнула. — Таю это не понравилось.
— Интересно… — ее взгляд стал задумчивым. — Мовань злой, но он не делает ничего без причины.
— Так и он сказал. Вы не знаете его причины?
— Может, он говорил о большой тени, нависшей над империей Лунной жемчужины. Я думала, что победа над Мованем уберет ее, но она стала лишь тяжелее.
— Тень… — я склонилась к ней. — Это связано с лигуи и их атаками?
— Не знаю, но, похоже, лигуи не слушаются Мованя. Он мог даже ощущать угрозу от их растущего присутствия. К сожалению, я еще не узнала, откуда они.
— Разве не из Ада?
— Видимо, нет. Некоторые могут приходить из Ада, но они изначально не оттуда, — Ибситуу нахмурилась. — Поражение Мованя должно было вернуть миру равновесие, но тут работает темная и жестокая сила. Какими бы ни были действия короля демонов, он замедлял распространение лигуи, и без него они бушуют свободно.
— Но как…
— У меня нет всех ответов, — она строго посмотрела на меня. — Я рассказала все, что знала.
— Простите, — пробормотала я.
— Это раздражает, — она покачала головой. — Я использовала свои самые сильные чары, но правда не дается. А невинные страдают. Я слышала утром, что лигуи снова напали.
Вина сжала мое сердце. Уничтожение Мованя освободило юэшеней, но обрекло остальных на атаки лигуи.
— Где они напали в этот раз?
