И мой народ. Наместник держал их жизни в своих гадких руках, и я хотела от этого сжечь весь дворец. Они привязывали меня к нему. Он мог обвинить мой народ в сговоре и безжалостно казнить их. Даже если я преуспею, его наследники будут мстить.
Я упала на пол, ноги растаяли. Меч выскользнул из руки. Слишком много мыслей и открытий собрались в голове за короткое время. Слишком много эмоций сотрясали меня. Я впилась пальцами в волосы, словно это помогло бы разобраться с мыслями.
— Что мне делать? — слезы обжигали глаза. — Всей душой я хочу наместнику смерти, но он твой отец, и я не могу его убить. Даже если смогла бы, вся моя деревня пострадала бы от последствий. И мне все еще придется завтра выйти за него замуж… они ждут, что я закреплю наш союз. И моя жизнь будет кончена.
Тай опустился рядом со мной.
— Мы можем найти другой способ защитить твою деревню… Ты не должна отдавать свою жизнь ему. Ты не должна… — он сглотнул.
— После брака я тебя больше не увижу? — было глупо переживать, когда я выбирала между браком с убийцей отца и жизнями своего народа. Но я представила свое жалкое будущее под крышей наместника и знала, что без Тая станет еще хуже.
— Мне нельзя быть в главных частях замка, — тихо сказал Тай. — Это меня не останавливает, но это и не освободит тебя. Прошу, не выходи за него.
— И позволить своему народу страдать? — я прижала ладони к глазам. — Я хотела бы, чтобы Мовань убил меня в Аду. Я хотя бы получила бы почетную смерть.
Его рука обвила мое плечо, его прикосновение принесло все тепло лета. Это смогла ослабить жуткую боль в душе. Я прильнула к нему. Его другая рука обвила меня, притягивая ближе. Его дыхание задевало мои волосы, я слышала биение его сердца. Пару мгновений мы просто сидели в приятной тишине. Разум опустел, и я сосредоточилась на Тае, его присутствие заполняло пустоты во мне, прогоняло тьму.
Но ничто не было вечным, кроме Небес, и реальность вернулась.
Утром кто-то придет в мою комнату готовить меня к свадьбе. Мне придется надеть красное платье и вуаль, придется вступить в брак, стать вещью злодея. И все из-за того, что он хотел Речную жемчужину. Он убил моего отца из-за нее, а теперь убивал и меня.
— Зачем она ему? — поинтересовалась я.
Я с неохотой отодвинулась, и мир тут же стал холоднее.
— Речная жемчужина. Почему Канг так сильно ее хочет?
— Не знаю. Этого в записях не было.
— Но ты не видел все записи.
— Нет. Подозреваю, что только меньшую часть.
Я встала.
— Где наместник хранит эти записи? Что бы он ни хотел от жемчужины, он не может это получить. Из-за нее он убил моего отца. Если я не могу отомстить, я хотя бы заслуживаю получить ответы.
— Да. Я тебя отведу, — он пересек комнату и поднял посох. — Бери меч. Он понадобится.
— Зачем?
— Автоматоны охраняют его тайный архив, и он вне дворца. Я пытался раньше пройти стены, но магия в них блокирует меня. Нам придется пробиться. Это опасно. Ты точно хочешь это сделать?
Я поджала губы. Будет поздно прикрывать следы, когда мы уничтожим автоматонов. Канг поймет, что кто-то проник в его логово. Меня могли и не поймать, но шанс был и попасться.
Но если я не сделаю этого, сойду с ума. Я задушу Канга, как только он поднимет вуаль с моего лица. Я могла лишь направить ярость в поиск ответов. Я думала, что сделаю все ради защиты деревни, но не представляла, что придется выйти за убийцу отца.
Если я узнаю, зачем Кангу так сильно нужна жемчужина, я хотя бы пойму, ради чего умер отец. Может, это погасит мой гнев.
Может, я смогу как-то испортить планы наместника без его ведома. Если меня не поймают, я смогу вернуться и вступить в брак.
Но если схватят — так тому и быть.
Я пристально посмотрела на Тая.
— Идем.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
МОГИЛЫ
Каменные львы стояли на страже вдоль широкой дороги, их вырезанные гривы ниспадали на обветренные спины. Хоть было сложно разобрать детали в темноте, я видела, что они были очень старыми. Дождь сгладил острые когти, ветер стер сильные пасти. Но их возраст делал их величавее, и они смотрели на путников, идущих к гробницам Сицзяна. Построенные императорами прошлых поколений сотни лет назад, они были исполнены грации старого стиля. Он был проще и точнее, чем замысловатые изгибы в линиях строений, к которым я привыкла. Резкие черты создавали уверенные формы.
Мой меч подпрыгивал на спине, механическая телега прыгала на кочках. Шестеренки щелкали, шипел пар, но мы были в милях от ближайшего города, так что нас вряд ли могли услышать. Дома было запрещено строить поблизости Гробниц, это место было изолированным. Потому Канг выбрал их для хранения своих тайн.
По словам Тая, его отец использовал подземный туннель под кабинетом, чтобы попасть в скрытую комнату в гробницах, где он хранил записи и самые сильные волшебные предметы. Мы были в пути много часов, так что проход был длинным.
— Как Канг построил такой туннель? — поинтересовалась я.
