— Мне сказали, девиц. Предпочтительно светловолосых.
— Тогда вам не о чем беспокоиться. — Тобиас закончил штопать свой старый носок. — Я постелю вам белье, свежее, ну, или насколько возможно свежее.
— Вы очень добры. Хотя и не знаете обо мне ничего.
— Полагаю, вы новый владелец поместья у Зеленой лощины. Что делает вас моим господином. Я не добр, просто лизоблюдствую.
Тобиас застелил кровать чистыми зимними покрывалами, которые собирался достать лишь на следующей неделе. Старые одеяла все были в пятнах мха. Тобиас сложил их в углу, чтобы затем постирать.
— Вы уверены? — спросил Сильвер, когда Тобиас указал ему на кровать. — Где же будете спать вы?
— На полу.
— Не слишком удобное ложе. Кровать достаточно большая, мы поместимся на ней вдвоем. — Сильвер улыбнулся Тобиасу.
Тот посмотрел на него сверху вниз.
— Вы так думаете?
— Ну, — сказал Сильвер, несколько мгновений созерцая громадного человека перед собой, — возможно, я преувеличил.
— Все в порядке. В это время года я часто сплю у камина. Перл составит мне компанию. Устраивайтесь на кровати.
— Стоило продолжить дискуссию, но я
— Снизьте аренду за лес.
Сильвер ушел спать в постель Тобиаса, в рубашке Тобиаса, а кошка Тобиаса предательски присоединилась к нему, так что сам Тобиас остался у камина в одиночестве, и сна не было ни в одном его глазу. Огонь в очаге угасал, дождь утихал, превращаясь в мелкую морось, а потом и вовсе закончился, и слышался лишь шелест редких капель в листве дуба, который рос за домом. Тобиас взял недавно заточенный нож и принялся подрезать ногти. Он собирался заняться этим ранее вечером, но появился Сильвер. Затем, собрав с пола нападавшие завитки иссохших листьев, он бросил их в очаг.
Немногим после полуночи, сидя в полной темноте и ни о чем особом не думая, Тобиас вдруг фыркнул от смеха. А ведь Сильвер предлагал ему не только разделить постель, которая определенно не могла вместить их обоих. Давненько же красивый парень приглашал Тобиаса немного развлечься, раз он даже не понял намека.
Давно, вот так.
«
«
* * *
Утром Сильвер поблагодарил за гостеприимство и бодро распрощался с Тобиасом. Тот указал дорогу в поместье и протянул юноше его одежду, сухую и не слишком потрепанную непогодой.
— Бог знает, что подумает экономка, когда я расскажу, что провел ночь с Нелюдимом в лесу, — воскликнул Сильвер.
— Полагаю, она вызовет священника, чтобы провести обряд очищения.
Сильвер расхохотался, как будто Тобиас шутил.
— Еще раз благодарю, — сказал гость. Затем он скрылся в лесу, в отменном пальто, без шляпы. Тобиас смотрел вслед легко шагающему по осенней листве юноше. Определенно весьма приятный молодой человек.
В то утро Тобиас закончил со штопкой, подлатал распухшую от дождей дверь и отправился на поиски омелы. Как водится, старый дуб только и делал, что понукал им, но вреда больше не причинял, и за долгие годы Тобиас уяснил, что прогулка по лесу после дождя стоит того, чтобы отложить другие заботы. Он спустился в овраг, где быстро бежал ручей, поднялся по склону холма, обогнул деревню и проверил старое святилище. С тех пор как в деревне построили церковь, жертвенник выглядел совсем заброшенным, но кто-то оставил на нем горсть свежей ежевики. Тобиас съел ягоды одну за другой и решил пройтись до делянки лесорубов. Их бригадир знал свое дело, так что здесь проблем не обнаружилось. Лесорубы соорудили из белых камней круг с крестом, обращенным на восток, достаточно небрежно, чтобы одурачить священника, но и особой силы в такой постройке не было. В большей степени суеверие, чем настоящая защита. И все же Тобиас оценил этот знак внимания. Определенно лесорубы облегчили его работу.
Лес вокруг поместья был вырублен еще в десятом году, и Тобиас не мог подобраться ближе, но он вышел к самой границе прелестного сада, который был разбит у старинного дома с темными окнами. Сильвер оказался славным парнем. Тобиас не жалел, что пригласил его в свой дом переждать ливень.
В итоге он не нашел омелу, но, на его взгляд, дуб и не страдал от нехватки подношений. Тобиас вернулся домой, приготовил ужин, пристегнул ножи и смазал арбалет. Веточка омелы за поясом, чистые носки с заштопанными пятками, добротные сапоги — вот он и готов.
Несколько дней назад Тобиас обнаружил на холмах, в купах утесника, следы. Печально, когда дриада выходит из себя. По большей части эти милые дамы нравились Тобиасу. В его лесу обитало четыре или пять дриад, не считая старого дуба, что был вещью в себе. Но дриада, оставившая след в зарослях дрока, лишилась корней и пахла злобой. Скорее всего, она потеряла свое дерево, и никто не молил ее о милости и не посеял для нее саженец. Она направлялась к лесорубам, которые устраивались на ночлег в длинной хижине неподалеку от деревни. Проклятая тварь была по сути деревом, что не облегчало дело Тобиаса.
