— Абдулбакару твоя фамилия известна лишь приблизительно. Моя же фамилия легко перекладывается на арабский. Писатель Туми уехал, — сообщил ему Уизерс. Абдулбакару не составит труда навести справки о его местонахождении, хотя Хантли, что очень мило с его стороны, ему об этом не сообщил. Хантли пишет, что тебе, Джеффри, грозит серьезная опасность.
— Почему, только мне, черт возьми?! Я был не один. Ты ведь сам, старый ханжа, пытался попробовать этого рябого мальчишку Махмуда.
— Абдулбакар, между прочим, не очень надеется на правосудие законных властей, которым он не верит, что неудивительно при его-то прошлом.
— Сутенер проклятый. Торгующий собственным сыном, ублюдок.
— Гораздо более вероятно, полагает Хантли, ожидать от него самосудной расправы или, хотя бы попытки таковой. Разумеется, не имея средств поехать на Мальту, где ему ничего не стоит разыскать дом Туми, он в отчаянии может обратиться в полицию. Обвинение в убийстве, даже непредумышленном, тебе, скорее всего, не грозит, но нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших за собой смерть в большинстве стран карается очень сурово. И точно подлежит экстрадиции. Ты все понял?
— Да, да, надо мне делать ноги.
— Я бы на твоем месте помылся, побрился, оделся и сложил вещички. До свидания, Джеффри. Наконец-то, ты покинешь столь ненавистное тебе место. Самолет в Лондон вылетает в полдень. Если повезет, ты на него можешь успеть. Сначала тебе необходимо будет зайти в туристическое агенство Слимы на Хай-Стрит. Я выпишу тебе чек в мальтийских фунтах. Другой чек ты получишь в Лондоне в Национальном банке Вестминстера, Стэнхоп Гейт. Этого тебе хватит на некоторое время в Лондоне, а потом тебе придется слетать в Соединенные Штаты. Чек покроет расходы на обратный билет, разумеется, туристического класса, из Чикаго с пересадкой в Нью-Йорке. Надеюсь, ты все это запомнишь.
— Чикаго? Чик… — Да на кой черт мне ехать в Чикаго? Ты говоришь, обратный билет. Куда я должен вернуться? Сюда? Чтобы этот Абдул-б…бакар меня тут прикончил?!
— Ты должен сделать одно важное дело для меня в Штатах. В Нью-Йорке в Кэмикл бэнк тебя будет ждать еще один чек на пять тысяч долларов. Возможно, что тебе придется попутешествовать, все зависит от того, что ты нароешь в Чикаго. Что касается обратного билета, имеется в виду возвращение в Лондон. В Лондоне ты дашь подробный отчет мне лично; Уигналл спрашивал меня, когда я вернусь домой, я тогда не думал, что это случится в столь скором времени и, если я увижу, что ты добросовестно выполнил задание, тогда получишь последний чек. На десять тысяч фунтов, как ты изволил пожелать вчера вечером.
Джеффри докуривал вторую сигарету и выглядел собранно, даже слегка улыбался. — Какое великодушие, какое достоинство, какая колоссальная смена настроения! — Он потушил сигарету о полированный ночной столик.
— У меня достаточно денег, Джеффри. Тебе ведь точно известно, сколько у меня на британском счету. Я обнаружил отчет из него среди твоих порнографических журналов. Я понимаю, развлекался. Но у меня имеются и другие счета, о которых тебе неизвестно. Хотя, я полагаю, даже при моих средствах, десять тысяч — это достаточно щедро. Но тебе придется немного поработать за них. Работа не тяжелая, но для меня важная.
— Что за работа, милый?
— Я тебе расскажу за завтраком. Это имеет некоторое отношение к вчерашнему визиту архиепископа.
— О, черт побери. Очень хорошо, сэр. Я встаю. — Он встал, голый, безволосый, жирный, ленивый. Слишком легкая была у него жизнь.
