– И ты так же говоришь со своей суженой? – Она знала, что было низко напоминать ему о предстоящей свадьбе, но она нуждалась в пространстве. Арабесса хотела, чтобы он отошел, ведь стоило вдохнуть знакомый аромат, как желание притянуть Зимри ближе становилось невыносимым. Коснуться его и прижаться губами к его губам.
Ее комментарий сделал свое дело – лицо Зимри окаменело, и он выпрямился во весь рост, отпуская ее косу.
– Ты отлично знаешь, что мое соглашение с Каттивой – всего лишь договоренность и ничего больше, – произнес он резким тоном. – Почему ты говоришь так, будто дело обстоит иначе?
Арабесса отвела взгляд, посмотрев в угол, где стоял яркий букет антуриумов. Она попыталась быстро погасить все еще переполнявшее ее желание. То самое, причиной которого стал Зимри.
– Я поступила так, чтобы не сделать ничего другого, – призналась она.
Зимри продолжал стоять на месте.
– А ты хотела бы поступить иначе?
– Ты прекрасно знаешь, что так и есть, – немного раздраженно ответила она, отодвигая виолончель, чтобы встать. Ей нужно было отойти подальше. – Рядом с тобой я не могу контролировать эмоции, как бы мне ни хотелось.
Зимри схватил ее за руку, притягивая опасно близко, а затем посмотрел на губы. Его глаза потемнели от голода, хватка усилилась, челюсти напряглись.
– Тогда вперед. – Его слова прозвучали как мягкий гул, настоящее искушение. – Исполняй каждое свое желание, которое касается меня, Арабесса. Ведь они точно не сравнятся с жаждой, которую я испытываю по отношению к тебе.
Ее магия заметалась, тепло вспыхнуло на коже в том месте, где он держал ее.
О, силы потерянных богов, как же она хотела дать волю чувствам. Нуждалась в этом. С Зимри она всегда могла позволить себе расслабиться, в его объятиях, его заботливых руках Арабесса могла позабыть обо всем. Он возвращал ее в настоящее, магия Зимри помогала успокоить снедавшее ее беспокойство, распутать клубок ответственности.
Арабесса скучала по умиротворению, которое ощущала рядом с этим мужчиной, по тому, что чувствовала, позволяя ему направлять ее.
– Но что потом? – выдавила она, пытаясь отодвинуться, однако безуспешно. – В конце Затмения звезд ты все равно женишься на другой.
– Да, но лишь на словах, – разочарованно ответил Зимри. – Ты слышала Каттиву. Я свободен. Свободен лишь для тебя. – Его голос был наполнен нуждой, он хотел, чтобы она поняла его. – У нас может быть все. Мы можем быть вместе, и мой брак обеспечит нам защиту, обезопасит тебя и Мусаи. А еще я стану основным владельцем «Макабриса». О нашем союзе не будет знать никто, кроме твоей семьи. Вчерашнее нападение ясно доказало, что ты была права относительно опасностей в Королевстве Воров, когда речь идет о моей публичности. Тебя никогда нельзя связывать с Коллектором.
Разумное предположение, но его все равно было больно слышать.
Даже если наедине Зимри принадлежал бы ей, на публике он будет держать за руку другую. Возможно, Арабессе достанется его сердце, но Каттива будет носить его фамилию.
Ревность, которую она почувствовала, увидев, как Каттива прижималась к нему в ту ночь, вновь дала о себе знать.
– И все равно я была бы лишь любовницей, – ответила девушка.
– И многие любят своих любовниц, – возразил он. – Но не зацикливайся на титулах. Ты для меня больше, чем жена или любовница. Ты – мое сердце, Арабесса. Прошедшие дни доказали, что разлука – не выход. По крайней мере, для меня.
Когда она смотрела в его потрясающее лицо, чувствовала его силу, вдыхала знакомый запах, его слова подтачивали ее решимость, угрожая уничтожить.
Может, Зимри был прав? Могли ли они жить так? Потерянные боги знали, что их с сестрами жизни были далеки от понятия нормальных. Зачем начинать сейчас?
– Или я сегодня же могу расторгнуть соглашение с Каттивой, – сказал Зимри, отвлекая ее от раздумий.
– Не говори чепухи! – Она нахмурилась.
– Я абсолютно серьезен.
– Но как же «Макабрис»?
Зимри скривился, на лице промелькнуло раздражение, взгляд стал странным, а затем он отвернулся и уставился в окно.
