Вскоре после смерти отца она узнала, что ждёт ребёнка. Беременность протекала тяжело, и бедная мама очень боялась, что умрёт во время родов, а мы останемся совсем одни. К счастью, её опасения не оправдались. Через несколько месяцев появился на свет мой брат, которого назвали Воиславом. Мама очень радовалась рождению мальчика, потому что видела в нём надежду на избавление от Жирослава. По закону внуку Нездилы суждено было стать вождём. Охотник же, избранный на вече, должен был лишь исполнять его обязанности, пока Воиславу не исполнится четырнадцать лет. Но, к сожалению, за тот короткий срок, что нашего отца не было в живых, Жирослав успел почувствовать себя полноправным главой племени. Было поздно. Я точно не знаю, почему мама не попыталась отстоять свои права на народном вече и не обратилась к совету старейшин. Скорее всего, вождь сумел запугать несчастную вдову так, что она согласилась на все его условия.
Вскоре после рождения Воислава радость мамы сменилась постоянной тревогой за малыша. Уходя из дома надолго, она всегда брала Воислава с собой. Даже Рогнеде мама не доверяла брата. Если ей приходилось отлучиться на полчаса – час, Воислав оставался с нами. Тогда мы должны были внимательно следить за тем, чтобы он случайно не снял ладинец – могущественный оберег, подаренный мальчику старейшиной. Однажды, буквально за пару дней до маминой смерти, он спас моему брату жизнь. Я не знаю, что именно случилось с Воиславом, но, без сомнений, его пытались убить! Опыт последующих лет подсказывает мне, что смерти мальчику мог желать только Жирослав. То происшествие так напугало маму, что она, не теряя ни минуты, с Воиславом на руках отправилась к старейшинам, а нас отвела к родственникам. Никогда прежде такого не случалось – мы были достаточно большие, чтобы оставаться одними.
Гибель отца очень изменила маму. Овдовев, она похудела, стала ходить оглядываясь, как будто предчувствовала грозившую ей опасность. Жизнь в старом доме была непростая, но, к счастью, мы не голодали, потому что получали небольшую долю мяса с общей охоты. Мама знала, что Жирослав бессовестно обманывает нас, и забирает половину отведённого нам себе, но что она могла сделать? Судиться с вождём у неё уже не осталось сил, а родственников, которые могли бы за нас заступиться, у мамы не было. Родители отца не выдержали смерти сына и утопились в озере. Его брат, наш дядя, живший отдельно от отца и матери, мог нам помочь, но ему, отцу семерых дочерей, лишние хлопоты были не нужны. Мы, исключая Рогнеду, плохо помнили отца. Прежняя жизнь казалась лишь туманным воспоминанием, поэтому привыкнуть к новому распорядку мне, Нежке и Забаве не составило труда. Только старшая сестра, которой было уже семь лет, когда его не стало, скучала по отцу, по старому дому, по многочисленным гостям и весёлым пирушкам за нашим столом. О, если бы она знала, что беда ещё впереди!
Мы с мамой жили так три года. Видя, как ей тяжело, Рогнеда, Нежка и я всё больше и больше старались взять часть забот по хозяйству на себя. Помню, мама говорила, что не нарадуется тому, какие у неё дети. Жаль, что ей не суждено было увидеть нас взрослыми…
Я очень хорошо помню тот день, последний тёплый день осени. С самого утра светило по-летнему яркое солнце, согревая остывшую за ночь землю. Только запах опавшей листвы напоминал о том, что несколько дней оставалось до наступления месяца Велеса1. Позавтракав, мы с сёстрами отправились собирать грибы, а Воислав остался с мамой. Она не отпускала его далеко от дома даже вместе с нами. Ночью был дождь, и поляна в берёзовой роще, покрытая пожелтевшей травой, была усыпана подберёзовиками, сыроежками и лисичками. Помню, мне удалось найти маленький крепенький белый гриб, который был, как мне казалось, даже симпатичнее тех, что собрала Рогнеда. Я ужасно радовалась, потому что в глубине души давно мечтала обойти её и Нежку. Маленькую Забаву никто не воспринимал всерьёз, а она превзошла всех нас! Моя младшая сестра нашла такой большой подберёзовик, что его шляпка не помещалась в её ладонях! Я не знаю, как долго пробыли мы на поляне. И я, и Нежка, и даже Рогнеда в тот волшебный осенний день потеряли счёт времени. Когда корзина была полна, я выпрямилась, посмотрела на небо и вскрикнула от ужаса! Мерцана открасила вечернее небо в такой насыщенный красный цвет, что, казалось, там наверху пролилась чья-то кровь! Сёстры испугались не меньше меня. Подхватив корзины, мы бросились бежать домой, словно пытаясь спрятаться от надвигающейся беды. По пути нам встретилась женщина. «Дурное знамение!» – произнесла она, посмотрев на кровавое небо. Мама готовила ужин, когда мы вернулись с корзинами полными грибов. Она была напугана не меньше нас! Не успели мы начать чистить грибы от листьев и земли, как на пороге появился какой-то мужчина. На фоне кровавого заката его высокая фигура показалась мне страшной. Рогнеда знаком велела нам молчать, пока мама будет говорить с незнакомцем. Мы не издали ни звука, только сердце моё колотилось так громко, что, я боялась, мужчина услышит его стук.
