Мы встречались с Федором почти каждый день. Не могу сказать, что я ему помогал, но в подготовке к походу что-то подпаяли вместе, я нашел кое-какие электроконтакты, нужные ему, и дал моток толстых капроновых ниток. Он сидел в своей маленькой лодке, укладывая контейнеры-банки с питьевой водой (они же служат балластом), а я стоял на причале. И мы говорили. Я больше слушал: Федор — удивительный рассказчик. Он был первым альпинистом, которого я увидел в своей жизни, и я растопырив уши слушал рассказ о том, как сложно и опасно подниматься на высочайшую гору Джомолунгму, что значит на языке шерпов, местных жителей, — «Богиня — мать Земли». Гору незаслуженно называют «Эверест». Мистер Эверест был всего лишь руководителем геофизической службы Британской Империи в Индии в 1852 году. Первыми на пик поднялись в 1953 году новозеландец Хиллари и шерп Норгей. Хиллари получил от королевы Елизаветы (уже не императрицы) рыцарский титул и стал знаменитостью. Шерп, его товарищ по восхождению, остался в тени. «Мавр сделал свое дело — мавр может удалиться». К 2007 году на вершине Джомолунгмы побывало уже несколько тысяч человек. Годы тренировок, мастерство и отменное здоровье теперь уже не обязательные условия для восхождения, за деньги специалисты-альпинисты доставят тебя на вершину и обратно. «Это стало похоже на цирк, только клоунов у нас больше», — говорят старые альпинисты, протягивая веревочные перила для капризных мультимиллионеров, решивших похвастаться покорением Эвереста. Но трагедий и здесь хватает. Опытные альпинисты утверждают, что главное не забраться на пик, а спуститься с него живым. Более 200 человек остались на склонах этой горы навсегда, в том числе и русские. Эверест стал кладбищем альпинистов. Коммерция — а часть восхождений делают в коммерческих целях — всегда убивает нравственность. С вмешательством тугого кошелька стало расти число тех, кто не считает нужным оказать помощь гибнущему коллеге. В 1996 году трое индийских альпинистов из-за сильного ветра не смогли добраться до цели и не успели вовремя спуститься вниз. Через несколько дней проходившие по тому же маршруту двое японцев заметили несчастных, которые были еще живы, и… передохнув рядом с умирающими, продолжили восхождение. Когда после успешного штурма пика японцы спускались вниз, один из индийцев был еще жив. Но и на этот раз ему не оказали никакой помощи. «Эверест — не место для морали», — сказали японцы, ничуть не оправдываясь, а просто рассказывая об увиденном. Подобные случаи упоминаются все чаще. Дикая капиталистическая идеология убивает все человеческое у «псевдочеловеков» — по-другому этих японцев и иже с ними назвать нельзя. Великий советский бард Владимир Высоцкий говорил: нужно горами проверять людей.
Федор — заядлый рыбак; невольно станешь им, если большая часть жизни — в море. Он уговорил меня выйти с ним на «Педроме» порыбачить. С нами был Оскар, они набрали массу (по моим нерыбацким понятиям) всяких спиннингов, лесок и пр. Но как мы не старались — «кина не вышло»: ни одна рыбешка не зацепилась за крючок. Мы вернулись и купили рыбу на базаре — так делают некоторые невезучие рыбаки. Второй раз мы пригласили на борт Ирину и Федора, подняли паруса и пошли в соседний порт Сантьяго. Погода была чудесной, легкий бриз, солнце, и под стать погоде — чудесное настроение. Гина и Ирина толковали на английском о чем-то сугубо женском, а мы с Федором говорили о навигации. Я был неопытным яхтсменом в то время, и любой совет мудрого знатока парусов был для меня как глоток воды для путника в пустыне. Когда я рассказал, как мы хотели зайти в Sable d'Olone, откуда он стартовал в гонке «Один вокруг света» («Around alone»), Федор слегка улыбнулся: «Русские гонщики не имеют большого опыта в таких соревнованиях, им далеко до французов». (Гонку выиграл француз.)
