Дождавшись посылки с заказанными из Англии книгами, Джулиан проложил курс на юг Аргентины, но по пути хотел взглянуть со стороны моря на полуостров Валдис, на знаменитые лежбища морских львов и морских слонов (первые получили такое название из-за «львиных» грив у самцов, а вторые — из-за длинных губ). Там же находятся колонии Магеллановых пингвинов (Магеллан первым увидел их).
Мы с Гиной побывали, конечно, на полуострове-заповеднике. Гаремы «слонов» и «львов» были удивительно зрелищными. В одном из них я насчитал 60 элегантных самок и одного «повелителя». Некоторые самочки ластились и клали голову на тело «мужа», как удовлетворенная женщина, засыпающая на плече любовника. Изредка сюда приходят косатки, или на других языках — киты-убийцы. Когда видишь в океане этих прекрасно сработанных природой черно-белых дельфинообразных красивых китов (не случайно русские назвали их таким красивым словом — косатка, чуть не касаточка, по-латыни orca), то трудно поверить, насколько они опасны для обитателей моря. Однажды в Лондоне мне повезло увидеть телефильм Би-би-си об этих китах у полуострова Валдис. Это единственное на Земле место, где они атакуют зазевавшихся тюленей не только в воде, но и выпрыгивая на берег. Мне не забыть кадр: маленький тюлененок с отхваченным острыми зубами косатки животом смотрит в объектив камеры с такой немыслимой болью, только показать ее голосом или движением не может. Косатки достигают 9 метров в длину и единственные из китообразных имеют большой (до двух метров) спинной плавник, будто сделанный природой специально, чтобы можно было заметить хищника издалека. Они общаются между собой на свистящем языке, организованными группами могут окружить огромного горбатого кита и в короткое время съесть его. Аппетит у них «зверский». После человека это самые страшные хищники. К счастью, природа разумно регулирует их количество, иначе — можно представить: идешь по океану, а вокруг тебя плавники, плавники голодных косаток. Иногда они играют со своей жертвой — тюленем, как кот с мышкой.
…«Harrier» подходил к полуострову в полночь. Джулиан полагал, что находится в 5 милях от берега, эхолот показывал 38 метров. Ветер был не сильный, и яхта шла нормально. «Минут на двадцать, — говорит Джулиан, — я спустился в кабину в носовой отсек. И вдруг услышал громкий хруст и вслед за этим — шипящий звук. Первая мысль была — столкнулся с плавающим деревом или рыбацкой лодкой». Но, выглянув из люка, он увидел, что его «Harrier» сидит на галечном пляже. «Боже мой, что я сделал, что я сделал! — отчаяние смертельной болью охватило меня», — продолжил наш друг и лицо его исказилось.
(Не хочу подозревать, что в момент аварии он дремал, но анализ многих известных мне случаев посадки яхт на берег или столкновения с судами показывает, что почти в ста процентах случаев яхтсмен спал.)
Дальше события развивались самым печальным образом. «Harrier» выскочил на пляж в полную сизигийную воду, то есть в момент наивысшего прилива. Пока Джулиан надувал лодку и завозил верп (маленький якорь), с помощью которого надеялся стащить яхту на чистую воду, начался отлив и «Harrier» оказался полностью на гальке.
На 16 канале УКВ никто не ответил на «Мэйдэй». Четыре красные ракеты ушли вверх, никем не замеченные. Полуостров Валдис практически необитаем, только на южном берегу есть небольшой поселок Piramides, но это далеко.
Можно представить отчаяние Джулиана. Так долго вынашиваемая мечта, мечта, равная жизни, вдруг разрушилась, умерла в одночасье из-за собственной ошибки. Для одинокого мужчины яхта — это друг, подруга, семья, общество, дом и все остальное, нужное для жизни. Непосвященным трудно даже представить привязанность людей-одиночек к маленькому судну. У них нет семьи, нет детей, даже хорошие друзья находятся далеко на берегу. Может быть, поэтому в судовых журналах (реже, в написанных ими книгах) они всегда употребляют местоимение «мы», то есть «я и яхта» («мы подняли паруса», «мы отдали якорь»).
