- И что вы скажете? – нетерпеливо спросил Артемий. Его можно понять: наставница пять минут смаковала ароматный напиток, вздыхала и всерьез озабоченной моей судьбой точно не выглядела.
- «Два» тебе по «Магическим формам и свойствам», без права пересдачи. И хотя случай довольно редкий, не узнать его – просто кощунство! Преступление против стольких лет работы! Ужас! Позор! Не знать «Магические формы…»!
- Елена Михайловна…
- Да, я слегка увлеклась, но, Артемий… Ты инициировал «полукровку» и сам не понял, что сотворил! По-твоему, это нормально?
Не слишком приятное словечко. Я нашла руку Воропаева и чуть сжала ее под столом, но ответное пожатие было ободряющим и радостным.
- Вы шутите?
- А я похожа на шутницу? Понимаю твою радость, но объясни, наконец, девочке, какую свинью ей подсунул. Она вон извелась вся, – Петрова вернулась к бергамоту.
- Вер, «полукровки» - это люди, которые получили доступ к Силе, но сами магами не стали. «Магия без мага», большая редкость. Я не знал, что они вообще существуют. Думал, что это просто легенда, миф…
- Сам ты миф! – вмешалась Елена. – «Полукровки» так же реальны, как мы с тобой. Экстрасенсы. Гадалки из честных. Примеров много, но такая инициация – нонсенс.
Артемий не выпускал моей руки, а я, кажется, вконец перестала что-либо понимать.
- Так кто же я: человек… или не-человек?
Ведьма сняла очки, протерла их специальной тряпочкой, дрогнула губами и вынесла вердикт:
- Человек. Но не обычный. В любом случае, природной ведьмой тебе не стать, это исключено. Думаешь, чего этот обормот ухмыляется? Знала бы, что он года собирается передавать – заперла бы в предбаннике с Йориком! Затейник!
Петрова прочла нам краткий курс о «полукровках» и их особенностях. Сведений о таких недо-магах катастрофически мало: фактов – крупицы, всё остальное – гипотезы. Возникают «полукровки» двумя способами, и оба способа случайны. Получить «существо из пробирки» нельзя; опыты, проводимые исследователями магических феноменов, провалились. Тут уж либо природа подсуетится, либо ничего не подозревающий благодетель, как и вышло со мной. Не имея поначалу собственного источника Силы, организм выбирает его сам, и только потом происходит зарождение резерва.
- Твой резерв сейчас размером с банку консервированного горошка. Ну, или кукурузы, смотря, что больше любишь, - подмигнула Елена Михайловна. – Виной всему эта ума палата, - она постучала по Воропаевскому лбу, когда тот послушно наклонился. – Изобретатель… кривой!
- А приступ?
- Адаптация к новой жизни. Вчера вечером возник твой личный магрезерв, а это сравнимо с рождением ребенка: у кого-то протекает легко, у кого-то – с осложнениями. Что, испугались, братцы-кролики?
- Есть маленько, - признался Артемий. – В меня как из дробовика пульнули.
- А всё потому, что кто-то, - слишком много ест? - ее посаженый отец!
- Че-е-его?!
- Забегали, тараканы, забегали! – несерьезно хихикнула Белая ведьма. – Вторая «двойка», в этот раз по генетике. Как волшебные узы могут быть кровными, э? Они же волшебные!
Всё, смена караула! Мой не выспавшийся мозг отказался продолжать прием информации, сыто икнул и включил «спящий режим». Остаток наставлений я выслушивала уже в объятиях любимого, уронив голову ему на плечо и непроизвольно вздрагивая, когда его подбородок упирался в макушку.
***
- Неужели уснула?
- Спит, восстанавливает силы. Повезло еще, что сегодня суббота.
- Мне пора, сынок. Вкусный у вас чай, - мечтательно вздохнула Петрова. – Улучшай, не улучшай, а всё равно от сорта зависит. Где брали?
- Надо спросить у Вериной мамы.
Ее улыбка пропадала постепенно: сначала опустился один угол сухих губ, затем второй.
- Надеюсь, ты понимаешь, что я не могу этого одобрить.
- Знакомства с Вериной мамой?
- Не корчь из себя дурака! Ваших отнюдь не деловых отношений с этой юной особой.
- Потому что она человек? – кисло спросил Артемий. – Всегда подозревал вас в расизме.
«Если больно мне, пускай другим будет еще больнее» - обычная для него защитная реакция. В таких ситуациях ведьма предпочитала промолчать. Зная упрямство Воропаева, невозможно предугадать, кто кого переспорит.
- Елена Михайловна, я понимаю, что вы имеете в виду. Что маги, как волки, с одним или одной на всю оставшуюся жизнь, но это не моя история. Так будет лучше.
- Лучше для кого? – холодно осведомилась биологичка. – Думаешь, я слепая и не вижу,
- Не сравнивайте божий дар с яичницей, - поморщился Воропаев. – Мы были детьми. Теперь всё иначе. Вера не Лика, она любит меня.
- Ты не хуже меня знаешь, что такое любовь юной изнеженной эгоистки, которая и жизни-то не нюхала. Сегодня одно, завтра другое. Натешится, заскучает и упорхнет обратно в столицу, карьеру строить, а ты опять будешь локти кусать. Выдержишь ли – второй раз в ту же речку?
- Вера не Лика, - упрямо повторил Артемий.
