– Слушай, это самое, – начал Максим, – он типа в теме?
– Да, он знает. Всё ок.
Макс напялил наушники. Он недоверчиво поглядывал в мою сторону, стало как-то не по себе. Я натянул капюшон худи. Денис уверенно шагал впереди и, кажется, был в приподнятом настроении. Мы сели в автобус и добрались до Химкинского леса. Денис помог покинуть транспорт пожилой женщине в прозрачном дождевике, из-за чего пришлось послушать небольшую тираду о воспитанной молодежи и ее внуке, перебравшемся в Эстонию «работать с компутерами».
– Тоже хочу в Эстонию работать с компьютерами, – сказал Максим.
Солнце, светившее все утро, спряталось за облаками. Летний ветерок качал ветки, на которых гнездились славки. Весь путь до закладки они сопровождали нас своим пением.
Мы добрались до старой сосны с огромным дуплом. Денис и Максим сели на колени и принялись откапывать черный пакет, обмотанный скотчем. Ребята сложили клад в рюкзак. Дупло они на всякий случай сфотографировали и отправили K Shot на Сигнал.
Мы выбрались со стороны улицы Дыбенко и дошли до футбольного поля, на котором в этот раз было пустынно. Рядом находилась школа, в которую ходил Макс. Он рассказал, что сначала родители отдали его в английскую гимназию, но с языками у него не заладилось.
– Жалко. Накоплю денег, найду репетитора. А потом уеду в Европу жить. В Амстердам.
– Мечтать не вредно, – прервал его Денис.
Мы прошли дворами, которыми я шел к Денису в свой первый день в Москве, и натолкнулись на «Рено Логан» с синей полоской. Полиция выписывала штраф за публичное распитие спиртного дворовым алкашам. Один из них называл полицейского по имени и говорил:
– Сань, ну мы же с тобой вместе учились. Не помнишь, что ли? Ну будь человеком.
К кому из стражей правопорядка относились эти слова, было непонятно, потому что оба с безразличными выражениями лиц заполняли протокол.
Оказавшись в квартире, Денис и Максим тотчас принялись взвешивать товар, расфасовывать его в зиплоки и заматывать изолентой.
– Чего стоишь? Помогай давай, – крикнул мне Максим. – Мы теперь повязаны!
– Не впутывай его, – строго сказал Денис.
– Я, что ли, ему обо всем рассказал? Пусть помогает.
– Что тебя так напрягает? Он мой друг, я ему доверяю.
– А со мной посоветоваться? Я его, блин, два дня всего знаю. Ты всегда решаешь за меня. Так не пойдет. То, что ты у меня девушку отбил, не дает тебе право…
– Макс, не перебарщивай! – Денис сжал кулаки.
– Если так хочешь, – сказал я, – если тебе станет легче, я помогу. Но не смей больше меня в чем-то подозревать. Я не крыса.
– А я не называл тебя крысой…
– Закончили, – сказал Денис, и я взялся за первый зиплок.
Рюкзаки с товаром спрятали в кладовке. Максим обещал зайти через пару дней.
– Хочу Катьке Серебряный Бор показать.
Молли носилась по квартире и царапала ковролин. Денис и Алиса курили косяк. По СТС крутили «Клик. С пультом по жизни». В детстве, когда я впервые увидел этот фильм, он меня напугал. Раньше я не думал о старении и смерти. Адам Сэндлер проходит через череду событий, из которых и состоит «нормальная жизнь». Тогда я этого не понимал. Взрослый мир казался таинственным, странным и опасным. Став старше, я понял, что судьба главного героя мало чем отличается от судеб окружавших меня сейчас. Что любовь, измена, развод, болезнь, смерть – это и есть нормальность. Комедия – это трагедия, вывернутая наизнанку. Трагедия Сэндлера в его прозаичности. Так и должна выглядеть «Смерть Ивана Ильича» в голливудских декорациях.
Я сидел в кресле, меня трясло от злости. Каникулы в Москве оказались хреновой идеей. Надо было остаться в Лондоне, отправиться в Шотландию или поехать смотреть Стоунхендж. Уже третий год в Англии, а так ни разу и не посетил Стоунхендж…
Слова Макса задели. Я вспомнил Криса Дженкиса и как Денис тогда з а меня заступился. Он всегда заступался. Раньше я этим даже… гордился. Думал: вот, у меня есть заступник. Старший брат, которого так не хватало в детстве.
От природы я был замкнут, друзей заводил редко. В подростковом возрасте отношения с одноклассниками испортились окончательно: травили за внешний вид, за неуклюжесть, за хорошие оценки… Не скажу, что «только кино спасло меня от жестокости и отчужденности». Это неправда. Кино такой же способ познать мир, как дружба, школа, отношения и домашние животные. Только гораздо более безопасный. Как говорит папа, достаточно иметь глаза и жопу.
Впрочем, в моем классе травили всех. Но только меня повели к психотерапевту. Тот посоветовал сменить школу. Родители послушались и отправили меня в Веллингтон.
С Денисом нас свело его незнание английского и мое стремление найти старшего брата. Теперь, глядя на то, во что превратилась его жизнь, как он ею распорядился, я испытывал разочарование. Вот он сидит, обдолбанный в хлам… Обнимает девушку, которую даже трахнуть нормально не может…
Не заметил, как отошел ко сну. Пробудился посреди ночи от приятной теплоты в ногах. На коленках лежала Молли. Из спальни доносились стоны Алисы и пыхтения Дениса. В ту ночь я не сомкнул глаз.
Алиса и Денис отправились в гости к общей знакомой.
