– Ну да, – раздраженно сказал Макс. – Ты что, «Яндекс Картами» никогда не пользовался? Как ты работать будешь?
– Я не «работаю». Просто помогаю, ок?
– Как говорил классик: «Я не барыга, просто мне дороги эти дворы!» – сказал Макс и злобно ухмыльнулся.
– Нет, я серьезно. Ты попросил о помощи – мне не в падлу. И вообще, ты сам сказал, что не доверяешь мне.
– И по-прежнему не доверяю. Но сейчас, когда мы повязаны, ты не отвертишься. – Макс говорил «повязаны», как Де Ниро в «Славных парнях». – Тема такая: у тебя стафф Дэна. Ты расставляешь закладки за него, скидываешь мне, и я вношу на маркетплейс. Часть отдаем Кириллу, остальное наше. Ты все хочешь оставить или с Дэном тоже поделишься?
– В смысле?
– Ну в прямом. Не Дэн же расставляет, а ты. Твое дерьмо, получается. И бабки тоже, выходит, твои, – увидев мое замешательство, он добавил: – Ладно, сами между собой обкашляете. Я могила, если что.
При этих словах на его лице появилась хитрая улыбка. Так улыбаются только политики и кинозлодеи.
Макс очень хотел походить на чуваков из Комптона. Как и положено любому уважающему себя гангстеру, он часто говорил о деньгах. Вернее, о том, на что их потратит.
– Уеду в Амстер. Бывал там?
– Нет… А почему к предкам на Бали не хочешь?
– Да не предки они мне… – Макс завертел в руках телефон. – Мать с ёбырем туда поехала. Отчимом моим типа. Но ему на меня плевать. Как и ей, в общем-то.
– А отец?
Макс пожал плечами, закатил губу и развел руки в сторону. Будто у него спросили дорогу, а он не знал местность.
Я остался посреди детской площадки с рюкзаком наперевес. Мне постоянно чудилось, что от него несет едким запахом и что окружающие при виде меня все время оборачиваются. Товара в нем было граммов на тридцать-сорок, всего десять закладок. По словам Макса, в моем рюкзаке лежало около ста тысяч рублей. Столько же лежало в его. Рюкзак был не столько балластом, сколько бременем.
Я надел наушники, прошелся немного и тут же их снял. Если вдруг за мной начнется слежка, мне надо быть бдительным. Хотя… какая слежка? Кому ты сдался, черт возьми. Потрогал ладони – очень влажные. Квартал патрулировал «уазик» – тот самый, который штрафовал местных алкашей. Я перебрался на соседнюю улицу.
Новый квартал ничем не отличался от предыдущего. Только детская площадка была окрашена в другие цвета. Двор завален автомобилями. Огромный «Ленд Ровер» занял место для пожарных машин. Одинокая бабка сидела у парадной и листала журнал «Семь дней». У ее ног ласкался рыжий упитанный кот. Иногда он мяукал и с подозрением посматривал в мою сторону.
– Вы что-то ищете, молодой человек?
– Нет-нет, – я отошел чуть в сторону. Закурил. Сигарета осушила рот, я принялся искать глазами продуктовый.
– Быть может, ждете кого-то? – не унималась бабулька.
Под противоположным зданием гнездился продуктовый. Возле него кучковались подростки и пили «Блейзер». Вошел. Пахло моющими средствами и колбасой. Шумел холодильник. Тот самый алкаш, которого штрафовал одноклассник, считал монеты у кассы. Полненькая продавщица сложила руки на груди и нетерпеливо покусывала нижнюю губу.
– Долго еще?
– Да погоди ты… Эй, парень, – алкаш обратился ко мне, – мелочи нет? Врать не буду, на пузырь. По-человечески прошу.
Я сделал вид, что не услышал, и спрятался за прилавками.
– Скотина, – расстроился алкаш.
Снова дождь. Я забежал в парадную, которую по-прежнему сторожила бабулька с журналом «Семь дней», и поднялся на последний этаж. Первую закладку я оставил за приоткрытой форточкой на лестничной площадке. Сфотографировал, записал координаты, спустился вниз.
– А вам код от домофона кто сказал, молодой человек?
– Хозяин. Я курьер, доставку принес…
– Что-то зачастили к нам курьеры ходить.
– Это потому, что обленились все. – Я попытался вызвать у нее симпатию, и мне почти удалось. Только кошка, как назло, стала принюхиваться к рюкзаку.
Не успел я договорить, мимо проехал уазик. Увидев бабульку, они притормозили.
– Здравжелаем, Марья Никитишна. Всё в порядке у вас?
Она помахала им в ответ, и они, даже не посмотрев в ее сторону, поехали дальше.
– Так в какую, говорите, квартиру принесли?
Я бросил взгляд на список должников за ЖКХ.
– 67.
– К Катьке, что ли?
– Да, кажется, – сказал я неуверенно.
– Ну так ей понятно. Инвалид второй группы. Бедняга, почти никуда не выходит. Внучка за ней смотрит.
Я продолжал слушать историю про то, как «Катька попала в аварию и сто лет копила на операцию», пока вахтерша сама не прервала свой рассказ вопросом: «А у вас других заказов нет?»
Накинув капюшон, я покинул квартал. Побежал в сторону дома Дениса, чтобы незаметно вернуть рюкзак на место. Но вдруг увидел, как в парадную заходит Алиса. Она пыталась научить Молли гулять с ошейником, но кошка сопротивлялась, и Алисе пришлось носить ее на руках.
Я спрятался за трансформаторной подстанцией и закурил. За углом мальчишки играли в козла. Докурив, я потушил сигарету об нарисованный на подстанции череп с молнией и вновь отправился бродить по району.
