– Вице-адмиралом Нахимовым в Синопе обнаружена турецкая эскадра в 14 вымпелов. В результате сильного шторма три корабля получили повреждения и сейчас находятся на подходе к порту!
– Что же у Нахимова-то осталось? – хмыкнул Станюкович.
– Три корабля и «Кагул» в дозоре!
– Что намерен предпринимать Павел Степанович? – спросил командир Севастопольского порта.
– Пока намерен блокировать Синоп и препятствовать возможному прорыву турок, а с подходом подкреплений атаковать и уничтожить неприятельскую эскадру!
– Ступайте и готовьте свой пароход к выходу в море! – завершил разговор Станюкович, велев подавать свой гребной катер.
Из шканечного журнала линейного корабля «Три Святителя»: «В 6 часов пополудни 11 ноября командир Севастопольского порта вице-адмирал Станюкович на шлюпке подъехал к нам, передал приказание, чтобы корабли – «Три святителя», «Париж», «В. кн. Константин», «Варна», «Гавриил» завтрашний день следовали в море и присоединились к эскадре вице-адмирала Нахимова… на место поврежденных его кораблей, возвращающихся в Севастополь».
Несмотря на го, что команды Новосильского давно уже не имели отдыха, на кораблях сразу же началась спешная подготовка к новому выходу. Стоящие на рейде линкоры облепили портовые баржи. С одних грузили продовольствие и порох, с других бочки с водой. Буквально за несколько часов основные припасы были загружены. Кидали в трюмы и на палубы как попало, разбирать было некогда.
– В море и разберем что куда, а пока вали кучей-малой! – командовали офицеры.
Ближе к вечеру Новосильского вызвал к себе, приехавший в Севастополь Меншиков. Князь был далеко не глупым человеком, а потому, сопоставив доклад Спицына об обнаружении отряда фрегатов и доклад Новосильского о положении на эскадре Нахимова, все сразу понял.
– Положение Нахимова у Синопа с его малыми силами сейчас предельно рискованно, а потому, Федор Михайлович, немедленно следуйте на соединение с ним!
– Я уже приступил к пополнению запасов и мне надо на это хотя бы сутки! – спросил Новосильский.
– Нет! – резко оборвал его князь. – Всякое промедление сейчас – это поражение! Выходить немедленно!
Ровно в полночь 12 ноября Новосильский рапортом доложил Станюковичу о готовности к походу.
– Ну и выходите, чего ждать-то! – распорядился командир порта.
К 12 часам ночи эскадра полностью приготовилась к походу. Контр-адмирал Новосильский перенес свой флаг с корабля «Три Святителя» на линейный корабль «Париж». 12 ноября в 7 час. 30 мин. утра корабли снялись с якоря, и вышли в море. С собой Новосильский вел линкоры: «Париж», «Великий князь Константин», «Три Святителя», «Варна» и «Гавриил».
Корабли Новосильского поначалу взяли хороший ход, и контр-адмирал надеялся, что сможет удачно проскочить полосу штормов, но как говорится, не сложилось. Уже на второй поднялся сильный шторм. Посему пришлось убавить паруса, и ход сразу значительно уменьшился. На этом неприятности не кончились. К вечеру 13 ноября командир «Варны» доложил Новосильскому о серьезных повреждениях. На старой «Варне» при крепком ветре и волнении внезапно открылась сильная течь, а «Гавриил» был дан ей в сопровождение. Таким образом, у спешащего на помощь Нахимову Новосильского осталось тоже всего лишь три линейных корабля. Правда это были самые новые и мощнейшие 100-пушечные линкоры флота.
14 ноября к отряду Новосильского присоединился фрегат «Кагул». На русских кораблях зарядили орудия, готовясь к встрече с неприятелем. 15 ноября отряд Новосильского вышел к анатолийскому побережью в районе мыса Керемпе и направился к востоку, высматривая эскадру Нахимова. Утром 16 ноября русские корабли уже приближались к Синопскому полуострову, а в 11 часов того же дня на траверзе мыса Пахиос, в расстоянии 17 миль от берега, они встретились с эскадрой Нахимова.
Тем временем, несмотря на сильный северо-восточный ветер, Нахимов продолжал держаться со своей эскадрой у самого турецкого берега «из опасения, чтобы неприятель не вышел из порта ночью и, пользуясь попутным ветром, не возвратился в Константинополь». Напряжение нарастало с каждым часом, и было совершенно очевидно, что долго это продолжиться не может. Решающие события были уже совсем рядом.
Для атаки, стоявшей под защитой береговых батарей, турецкой эскадры Нахимов решил ждать возвращения отправленных в Севастополь «Храброго» и «Святослава». К себе он вызвал командира посыльного брига «Эней» князя Ширинского-Шахматова:
– Передай Корнилову мое письмо. На словах же также передай, что в Синопе мною обнаружена турецкая эскадра в 14 вымпелов. Прошу как можно скорее прислать ушедшие в Севастополь корабли или заменить их другими. До подхода подкрепления я буду ограничиться блокадой бухты, а с прибытием ушедших линкоров решительно атакую и уничтожу неприятеля! Так что Ванечка, времени не теряй, а мчись в Севастополь на всех парусах!
– Не извольте беспокоиться, Павел Степанович, все сделаю как должно! – откозырял молодой капитан-лейтенант.
