Ну да, вопросы всё те же. Что ж, снова взялся за старое — мол, не владею чужим языком настолько, дабы что-то объяснить толком.
Блондин кивнул:
— Хорошо, пойдём.
У них тут переводчик-полиглот, что ли, имеется? А вот это уже паршиво, ибо так мы очень скоро выясним, что ни один язык из здешних не является мне родным. Более того, я вовсе не владею никаким другим, кроме ворсхи.
Однако за ним я последовал — ну а куда деваться-то?!
Мы снова спустились во двор. Вампир подвёл меня к растущему в самом его центре огромному дереву, неизвестной мне породы. Листья у него были узкими заострёнными ярко-зелёной окраски, да ещё и с оранжевой окантовкой. А кора практически бордовая.
— Встань к стволу, — велел мне блондин.
Ладно, повиновался.
Подняв руки, он начал что-то магичить. Уже через несколько секунд крону залило золотистым сиянием. А потом… ко мне потянулись ветки!
Чего это им вздумалось?! В первый момент даже жутковато стало. С ожившими деревьями как-то ещё не приходилось сталкиваться.
— Расслабься. Ничего плохого с тобой не случится, — успокоил меня вампир. Впрочем, сейчас его наверняка следовало бы назвать
Ветки действительно не творили ничего криминального — просто обнимали меня тут и там, поглаживали — в основном, по голове.
Только какого чёрта они ко мне ластятся? Может, каким-то образом выясняют, есть ли во мне эльфийские крови?
Так продолжалось с полчаса. Под конец толстая ветвь, которая по всем законам природы никак не могла изогнуться почти на сто восемьдесят градусов, тем не менее сделала это и легонько стукнула меня по темечку.
Хотел было возмутиться, но тут…
— Можешь выходить, — объявил блондин.
Причём произнёс он это на своём языке… и я его прекрасно понял. Выходит, дерево отнюдь не эльфийских предков во мне искало, а обучало языку? Что ж, по крайней мере, метода у эльфовампиров куда более продвинутая, нежели у многоножек. Мне хотя бы не пришлось слушать завывания очередного шамана на протяжении целых двух дней.
Мы вернулись на седьмой этаж — на этот раз я не сбился, считал и вниз, и вверх.
— Располагайся, — блондин указал мне на кресло возле камина. — Итак, откуда ты такой взялся? — повторил он свой проклятый вопрос. — Драконьих кровей в тебе близко нет. Почему же ты выглядишь в точности как они?
О как, оказывается, деревце всё-таки и в моей родословной покопалось! Выходит, разочек кольнуло неизвестно откуда взявшимся шипом отнюдь не случайно.
Но что же мне теперь-то, чёрт возьми, отвечать?
Косить под неспособного связать двух слов больше не удастся — языком местных вампиров, а скорее, всё-таки
Значит, придётся-таки рассказывать правду о себе. Назвать какое-либо место, откуда мог бы быть родом, я всё равно не в состоянии — географическими сведениями древо, к сожалению, со мной не поделилось.
К тому же мне по-любому понадобится помощь соплеменников для вызволения Кусаки. А потому настраивать их против себя попытками вранья никак не стоит.
— Ты только не считай меня сумасшедшим, — начал я, — но я из другого мира. Как, кстати, называется ваша планета? — Надо же наконец выяснить хотя бы это.
— Мела́да, — ответил блондин, изумлённо распахнув свои светло-голубые, но при этом с зеленоватым отливом глаза. Очень необычный цвет! — Как же ты попал к нам? — осведомился он, справившись с первым шоком.
— Через портал. Только тот, к сожалению, закрылся сразу за нашими спинами.
—
— Да, вдвоём со своей женой, — решил я сразу обозначить наши отношения с Ольгой именно так. — Вообще с нами были ещё семь драконов, однако они вовсе не успели перейти.
— Семь драконов? — вновь распахнул глаза блондин. Не сказать чтобы данные сведения сильно напугали его, но, кажется, заставили насторожиться. — И зачем же они направлялись к нам?
— Мы ищем жену одного из них. Она сбежала, будучи беременной, и намерена избавиться от ребёнка. А муж надеется спасти своего сына.
— В смысле — избавиться?
— Насколько я понимаю, эта чокнутая собирается убить малыша. Во всяком случае, именно это она пообещала мужу перед побегом.
Эльфийские глаза стали натурально квадратными.
— И он не прибил её на месте?!
— Думаешь, это спасло бы ребёнка? — усмехнулся я. — К тому же, добраться до неё он всё равно не мог, а общались они тогда по мысленной связи.
— Но почему драконица хочет убить собственного ребёнка? — похоже, данный факт никак не укладывался у него в голове.
— Спроси чего полегче, — вздохнул я. — Говорю же — чокнутая. — Рассказывать ему про попытки зомбировать малыша ещё в утробе точно не собирался. — Она и на среднего сына устраивала покушение. — О том, что в оном принимал участие и папаша, я опять же предпочёл умолчать.
— И как ты,
