– Мы с вами созвонимся, – сказала Нина клиентке, провожая ее до двери.
– Я буду ждать, пожалуйста, как можно скорее. До свидания, Нина!
Дверь закрылась, и мы остались одни.
– Как обычно, несете благой помысел? – улыбнувшись, спросил я.
– Ничего особенного, просто делаю, что умею.
– У вас появилась новая картина.
На стене висела фотоиллюстрация здания парламента Великобритании с башней Биг-Бен.
– Нравится?
– Я весьма посредственно отношусь к этой стране, мне ближе Италия.
– Может, у тебя итальянские корни? – не скрывая улыбки, спросила Нина.
– Во мне нет ничего итальянского!
– Что же, молодой человек, на чем мы остановились с тобой в прошлый раз?
– Ты рассказывала о методике общения с какими-то третьими силами, а потом пришел мужчина, который попросил тебя установить связь с его погибшим сыном. Чем же все кончилось?
– Саша, для меня это очень личная тема, поверь, я трачу достаточно много сил и энергии, когда провожу сеансы, и вспоминать об этом у меня нет ни желания, ни сил. Я также настаиваю на том, чтобы перед тем, как завершить свою дипломную работу, ты передал мне ее на рецензию. Мною будет изучено все, что ты в ней указал, касаемо моих методов работы.
– Естественно, без твоего согласия никакие сведения вноситься не будут.
– А сейчас я тебе покажу кое-что. Располагайся поудобней в кресле.
Я сел и стал ждать Нину, которая на минуту покидала кабинет. Она протянула мне небольшой бокал и взяла блокнот с ручкой.
– Выпей.
– Что это?
– Чай, он поможет тебе расслабиться.
Ничего не подозревая, я сделал небольшой глоток; вкус чая мне показался весьма приятным, после чего я сделал еще один и ощутил колоссальный прилив энергии. Мне совсем не хотелось сидеть в кресле. Необычайная сила настигала меня, но это ощущение было недолгим, за ним наступил обратный процесс. Силы и энергия уходили от меня, я начал испытывать опустошение, в результате чего уснул.
Открыв глаза, я не понимал, в сознании я или нет. Неужели Нина накачала меня наркотой, что происходит? Я стою на проезжей части дороги, никого и ничего рядом нет, ни машин, ни людей, не видно ни конца, ни начала дороги.
По правой стороне фонарные столбы, все один в один, на одинаковом расстоянии друг от друга.
На мне спортивная форма, беговые кроссовки, и я отчетливо слышу тишину. Ни один музыкант мира не передаст инструментом звуки тишины!
– Черт возьми!! – Кто-то включил для меня песню Бьенси (Beyonce) “Running”. Что происходит? Откуда звучит музыка? Что мне делать? Музыка уже доносилась прямиком в мои уши, как будто через наушники: “Running, running!” Я побежал вперед по дороге, вкладывая все свои силы, пытался набрать скорость, но к ногам? казалось? были прикреплены пудовые гири! Как я ни старался, мой бег был медленным.
Прошло 30 минут, может час, а я по-прежнему бегу по асфальту – и ничего не меняется, все те же бесконечные фонари. Усталость овладевала мной все больше и больше. Посмотрев под ноги, я увидел, что моя тень совершенно не повторяет мои движения! Тень попыталась схватить меня за плечо и остановить. И вдруг обвила меня за шею и попыталась оседлать. Я начал махать руками и скидывать с плеч свою тень.
Понимаю, что это звучит абсолютно бессмысленно, но все именно так и происходило. Сжав челюсти и вложив все оставшиеся силы, я стал отрываться от тени, которая то отставала, то вновь настигала меня. В итоге я разорвал с ней дистанцию. Для продолжения марафона сил больше не оставалось, но кто-то не позволял мне остановиться. Складывалось ощущение, что мой забег продолжается несколько часов!
С левой стороны от меня в кромешной темноте стало вырисовываться изображение – картинка, как демонстрация через проектор на огромном экране, оно увеличивалось и достигло масштаба горизонта. Обнявшиеся футболисты сборной Италии исполняли гимн своей страны: под аккомпанемент оркестра, в один голос, это было лучшее исполнение из того, что я когда-либо слышал.
Они пели этот гимн для меня! Точно, ведь никто другой его не слышал, браво, ребята! Воодушевленный пением своей любимой команды, я пришел в себя. Нина в это время сидела за столом и что-то рисовала карандашом.
– Что со мной произошло?
– Ты отключился, – оторвавшись от рисования, сказала она.
– На сколько?
– На минуту.
– Не может быть! Я словно на час исчез с планеты Земля! Ты не представляешь, какой сон я видел.
Попытавшись заинтересовать Нину, я пересказал ей увиденное, но это не произвело на нее впечатления. Более того, она вообще отстранилась и не желала говорить со мной.
– Тебе нужно идти, у меня много работы!
Нина продолжала усердно давить на карандаш, периодически ломая грифель, потом, заострив его при помощи канцелярского ножа, вновь тушевать запись на листе.
– Я занята, уходи!
Не попрощавшись, я вышел из кабинета. Реакция Нины для меня была неясна: что вызвало такое отвращение ко мне? Лицо, интонация голоса – все поменялось на раз…
