Вот так: сначала просто поучить попросили, потом – на службу взять… что дальше? Землицу в ленное владение? Ну, землицу можно дать – в Заозерье много. Леса кругом непролазные, охота, рыбалка…
– Рыбу, парни, ловить любите?
– Рыбу?
– Ладно! – Вожников хлопнул Альваро по плечу: – Пошли. Поглядим, что с вами делать.
Никаких предупреждающих видений насчет вновь принятых учеников у князя не появилось. Ни сразу, ни ночью, во время сна, а значит, доверять этим парням можно было… конечно же, далеко не во всем.
Лупано с Амандой, правда, поначалу от вида подобного сброда кривились, однако не они здесь решали, да и «беспризорники» вели себя вполне корректно, даже не матерились – не умели, наверное: Испания все-таки, не Россия! Самое страшное ругательство – «дьявол тебя разрази!» или что-то в этом роде.
– А это наши маленькие друзья, – представил гопников Егор. – Альваро, Фелипе, э-э-э… как вас-то?
– Я – Агостиньо, – почесав сквозь прореху на рубахе грязную грудь, назвался Рвань.
Рыбина смачно сплюнул:
– А я – Энрике.
– Случайно не Иглесиас?
– Не. Альварес.
– Надо же! – парни удивленно переглянулись. – Рыбина фамилию свою помнит. Альварес, ага! А мы и не знали.
– Боюсь, вы и имени-то его не спрашивали, – хохотнул князь. – Ладно! Хватит тут без дела торчать – приступаем к занятиям. Сейчас покажу вам прямые удары – джеб, кросс. Их и будем сегодня отрабатывать… Так… А ну, кто смелый?
– Рыбина, уважаемый господин, хочет! Ну, этот… Энрике.
– Энрике так Энрике. Давай, Иглесиас… то есть Альварес!
Очередной день Егор начал традиционно – с кросса, после чего устроил несколько показательных спаррингов, взяв в крутой оборот опоздавших – Энрике и Агостиньо, сиречь Рыбину и Рвань. Последнему даже разбили нос, но Аманда быстро заговорила кровь.
– Мы просто место забыли, – отдуваясь, признался «сеньор Альварес». – Вчера как-то плохо запомнили. Лоскутки бы на кусты повесить.
– Что еще за лоскутки? – заинтересовалась Аманда, на которую после заговора парни посматривали уже с некоторой опаской, как видно, чуяли ведьму.
– Ну, мы всегда так делаем, – пояснил Фелипе Малыш. – Когда надо знак своим подать – мол, мы здесь. Получается, вроде кто-то невзначай зацепился одежкой…
– Понятно, – кивнул Егор. – Что ж, будем оставлять лоскутки. У нас там, кстати, где-то бархат остался…
– Бархат – уж слишком жирно, – накрутив на палец локон, возразила девушка. – Лучше уж тогда сукно, его тоже немного осталось. Приметное такое, зелененькое.
Она уже переоделась в мужскую одежду, какую носили не самые бедные горожане или даже рыцари-кабальерос – темно-синие штаны-чулки, короткую бархатную куртку-котту, специально в сборочку, дабы прикрыть грудь. Впрочем, было бы что прикрывать – уж не пятый размер, не особо заметно. Дивные золотистые волосы, увы, пришлось подстричь – не под полубокс, конечно, а так, немного обрезали да нахлобучили берет, отчего юная ведьма сразу же приобрела вид вполне респектабельного приказчика или даже пажа.
Сам князь тоже приоделся в новую котту и даже заимел темно-голубой бархатный плащ и широкий пояс, к которому, конечно, пошел бы и меч или палаш, однако, увы, оружие стоило дорого, приходилось пока обходиться ножом и вырезанной из бука дубиной… орудовать дубинами князь тоже учил – и неплохо.
В столь презентабельном виде можно было отправляться хоть куда, а тут как раз и отец Лупано, почтеннейший торговец сеньор Мигель Микачу, пригласил «знахарку Марию и учителя сеньора Жоржу» к себе на обед. Приглашение принес Лупано, выглядевший уже не таким недотепой, как раньше, и эти перемены явно не ускользнули от внимательных глаз купца.
– Ну, на обед так на обед, – принял приглашение Вожников. – Я-то пойду, а вот Аманда…
Женское платье ей где искать? Пошить не успеем.
– Ну и не пойду тогда, – юная ведьма попыталась спрятать обиду. – Подумаешь, обед. Что я, обедов не едала… Мы, может, тоже пообедаем… в какой-нибудь хорошей харчевне, а, парни? Еще и вина выпьем. Деньги есть!
– Вот, блин, спортсмены, – хохотнул князь. – Вина им.
– Что-что?
– Говорю – смотрите там, не упейтесь.
– Не-е… мы осторожно, ага.
