Граффенберг не держала его больше своей цепкой хваткой, а финансовые дела и задуманные реформы шли хорошо. Конечно, ему приходилось упорно преодолевать страх и нерешительность крестьян, волокиту бюрократии. Иоахим Мюрат управлял страной лучше короля Фердинанда, но все же сохранил многие недостатки прежней администрации. Все общественные должности перешли в руки алчной буржуазии, хищной и малообразованной. Марио надолго застрял в Неаполе, пытаясь создать юридическую фирму, чтобы легче преодолевать проблемы с законами. Сдвинуть дело с мертвой точки можно было, если дарить подарки, давать взятки, которых открыто требовали чиновники, даже самые незначительные фигуры, за то, что и так входило в их служебные обязанности. И все же пребывание в Неаполе принесло ему пользу. Он понял, что не должен ограничивать свои планы только Неаполитанским королевством. Наполеоновские завоевания объединили Европу, и многие вопросы теперь легче было решать в Париже, чем в Италии.
У его матери были финансовые интересы в Испании, однако дела застопорились, когда маркиза занемогла, а на Пиренеях вспыхнули бои с французскими войсками. В 1808 году Наполеон захватил Испанию и посадил на престол своего брата Иосифа Бонапарта. Испанский народ восстал, нашлись вожди, способные повести его. В Кадиксе были созданы кортесы. Британские войска под руководством Веллингтона высадились в Португалии. Так началась долгая и жестокая война. Французы полагали, что вот-вот поставят Испанию на колени, но Марио, вспоминая кампанию 1799 года и свое участие в ней, предчувствовал иное развитие событий.
— У армии захватчиков нет тыла, ей некуда отступать. Конечно, повстанцам необходима помощь извне, так ведь у испанцев есть союзники-англичане.
О его соображениях с похвалой отозвался сам Талейран.
— Этот человек знает, что такое упорство народа, — загадочно заметил старый лис, — знает лучше, чем любой новоиспеченный король.
Впрочем, Марио остерегался вмешиваться в политику. Оказавшись в Неаполе, он понял: какими бы добрыми намерениями ни руководствовался Иоахим Мюрат, на самом-то деле он всего лишь проконсул Наполеона, лишенный какой бы то ни было самостоятельности. К тому же Бонапарт больше доверял своей сестре-королеве, нежели королю, который в его глазах оставался подчиненным ему маршалом. Что за странная у Неаполя судьба, думал Марио, — иметь двух королев с одинаковыми именами и одинаковыми взглядами! Сестру Наполеона — жену Мюрата — звали Мария Каролина, как и жену Фердинанда Бурбонского, и она, увы, оказалась ничуть не лучше предыдущей правительницы.
Нет, говорил себе Марио, нельзя полагаться даже на новых монархов. Да и неизвестно, сколько еще продержится Бонапарт. Война в Испании доказывала, что Наполеон не такой уж непобедимый полководец, если против него поднимается все население страны, воспламененное священным гневом…
Острова Тремити виднелись на горизонте еще не совсем отчетливо, и Марио продолжал размышлять, как бы подводя итог собственной жизни. Он правильно поступил, что отказался войти в Государственный совет. Хорошо, что не сделал ставку только на Апулию, а воспользовался объединением Европы и создал основу для того, чтобы укрепить свое благосостояние, открыть немало новых предприятий. Для этого он ездил в Мадрид и в Париж.
Париж произвел на Марио большое впечатление, жизнь в этом городе бурлила и кипела. Нельзя было не признать, что Наполеон немало преуспел, преобразовывая город в имперскую столицу. Первое, что поразило Марио в новом Париже, — многолюдные широкие улицы, потом — кипучая деятельность коммерсантов, предпринимателей, роскошные наряды женщин, которые в своих воздушных платьях казались легкими, как стрекозы. Дамы держались непринужденно и развлекались с невиданной вольностью. Вечера в гостиных возбуждали, веселили, предоставляли Марио возможность познакомиться с новым, совершенно иным кругом людей.
Он получал удовольствие от таких вечеров и от женщин. Однако и о сделках на бирже он ни на минуту не забывал. Он обратил часть своего недвижимого имущества в акции и так распределил свои капиталы, что кто бы ни победил в результате войны, маркиз Россоманни не должен понести потерь.
Испанские колонии восстали, и он, припомнив, что Англия проиграла в войне с Соединенными Штатами, решил поддержать восставших. Его мать была бы в ужасе от его цинизма, но он не собирался делиться с ней всеми своими замыслами.
