Скандал в Чайна-тауне полностью

– Потому что половина аптек в Чайна-тауне им торгуют. Больше половины. Это же просто целебное растение, правда? – Чарли хмыкнул. – Но Чань не стал бы его у себя держать. Он был слишком порядочный.

– Господи! – простонал я. – Только не говорите, что нам снова придется скитаться по курильням. Если бы не этот газ, у меня до сих пор в носу стояла бы вонь от опиумного дыма.

– Нет. Не надо в курильни, – сказал брат. – Фэт Чой пустился в бега. Не для того он сидел здесь целый день, чтобы его загнали в угол в какой‑нибудь яме.

– Согласен, – подтвердил Чарли. – Он попробует купить опиум – или украсть – и возьмет зелье с собой. Так что теперь надо…

– Йи-и-и Лок! – выкрикнул Старый наподобие «И-и-и-ха!» – Старик! Он тоже доктор. Только не совсем порядочный, да, Чарли?

– Я бы даже сказал, совсем непорядочный, – подтвердил гид. – И да, он торгует опиумом, если вы об этом подумали. Снабжает зельем чансань, когда приходит их осматривать. Дополнительный доход.

– Тогда решено, – заявил Густав. – Мы на некоторое время потеряли след Йи Лока, но теперь пора, черт возьми, найти его снова. У него тоже лавка, как у Чаня?

– Угу, – кивнул Чарли. – Недалеко от Уэверли-плейс.

– Ну что ж, веди.

– Постойте, – сказал я, прежде чем мы начали на ощупь искать дверь. – Мы сюда‑то чудом добрались, учитывая, что Тук-туки вывесил бумажку с наградой за наши головы. Если мы собираемся рыскать по Чайна-тауну, может, взять пример с Фэт Чоя и попытаться как‑то замаскарадиться?

– О чем вы? – удивился Чарли. – Кхуонтук не вывешивал никакого чунь хан. Они бы не посмели. Мадам Фонг и Длиннокосый, конечно, не против, чтобы вас прикончили, но ни один тонг не признается в этом на бумаге. Вы же белые. За такое дело весь Чайна-таун пойдет под топор.

– Но нам сказал сержант Махони, – возразила Диана. Не то чтобы она хотела поспорить с Чарли, скорее надеялась, что он поспорит с ней. И не ошиблась.

– Махони? – рассмеялся он. – Вы что, до сих пор его не раскусили?

– Не до конца, – ответил Густав. – А что у него внутри?

– Антикулийская лига.

Чарли произнес эти слова таким тоном, каким фермер произносит «банкир», старый южанин – «янки», а кошка, наверное, произнесла бы «собака».

– И паника стала лучшим подарком этим… этим…

– Засранцам? – предположила Диана.

Чарли кашлянул.

– М-м… да. Я пытался найти слово повежливее.

– Вряд ли тут найдутся вежливые слова, – заметил я.

– И при чем тут эти засранцы, Чарли? – спросил Старый.

– Просто вы, белые, всякий раз смотрите в рот лиге, когда наступают тяжелые времена, – разъярился Чарли. – «Ах, эти поганые китайцы! Это из-за них мы разорились!» Как будто от нас зависит цена на серебро.

– Мы такого не говорили, – пробормотал брат.

Чарли сделал глубокий вдох.

– Ну да, в общем… теперь у лиги достаточно денег, чтобы купить пару членов муниципалитета, а этого, в свою очередь, достаточно, чтобы поставить своего человека во главе Чайна-таунского отряда полиции. И уж поверьте мне, Крестоносец Кули-тауна вовсе не собирается устраивать крестовый поход против преступности. Он будет воевать с китайцами.

– Верю, – сказала Диана. – Мы видели сержанта Махони в деле. Малоприятное зрелище.

Неожиданно раздался резкий звук – это Густав хлопнул в ладоши.

– Ладно, хватит болтовни, – объявил он. – Заяц бежит. Это наш последний шанс поймать его.

– Отлично сказано, брат. Почти поэзия, – сострил я, но без особого веселья. Чунь хан или нет, я вовсе не горел желанием возвращаться на улицы Чайна-тауна, где нас поджидали Махони, Мастер, Длиннокосый и неизвестно сколько еще топорщиков.

Когда мы выбрались наружу под мутный свет луны, Чарли повел нас через проулок. Чем ближе мы подходили к улице, тем больше мне хотелось вернуться в забвение темной лавки Чаня. Когда ничего не видишь, даже спокойнее, а еще спокойнее, когда не видят тебя. Как только мы вышли на тротуар, я почувствовал взгляды тысячи устремленных на меня глаз, хотя на улицах почти никого не было.

Фонари стояли в лучшем случае по одному на квартал, да и горели далеко не все. И все же мне казалось, что мы идем по сцене в ослепительном свете софитов мюзик-холла. Дорога до лавки Йи Лока заняла пять минут, и к концу этих минут я уже опасался, что меня начнут называть не Верзила Рыжий, а Верзила Снежок, ибо волосы у меня побелеют от страха.

– Мы пришли. Вот она, – Чарли наконец указал на убогую лавчонку, мало чем отличающуюся от аптеки Чаня. Даже в окне висел такой же огромный узловатый корень.

Внутри тускло мерцал огонек свечи.

В лавке кто‑то был.

– Там есть задняя дверь? – спросил Старый.

– Конечно, – ответил Чарли.

– Ну и ладненько. Мы с тобой обогнем дом и зайдем сзади, – сказал ему Густав и повернулся к нам с Дианой: – Вы оба оставайтесь на улице, только к окну близко не подходите. А то еще заметят.

– Никак вы опять заботитесь о моей безопасности? – возмутилась мисс Корвус. – Потому что в этом случае…

– Я забочусь о том, чтобы кто‑то караулил здесь на случай, если наш заяц попытается слинять, – отрубил брат. – Одобряете такой план?

– Да. Конечно, – смутилась Диана.

– Хорошо. Пойдем, Чарли.