— Дангорка может родить одного-двух детей максимум. Дети – это высшее благословление Богов, — женщина опять скривилась, — Убить своих детей было главным условием принять в себя силу Бездны, стать независимыми от Богов. Мы специально делали всё возможное и невозможное, чтобы у нас у всех появились дети. Да, на это были потрачены годы и ресурсы… Но, когда у каждого из шести появился ребенок, всё было готово для ритуала. Моим близнецам тогда исполнилось шесть… вроде бы шесть... это неважно. Помню, как мы готовили ритуал, помню, как мы с моим любимым решительно перерезали их нежные шейки… Всё бы получилось, если бы не Камилия, Верховная Жрица Богини Милеры! — голос женщины сорвался на злой крик, — Она не смогла убить своего детеныша! Она в последний момент передумала, не смогла убить своё отродье. Более того, эта дура взмолилась Милере и просила ценой своей жизни спасти свою дочь. Естественно, Милера явилась, и явилась не одна. Богиня привела с собой ВСЕХ БОГОВ, — женщина припала к кубку и допив его, с силой отшвырнула в сторону, — Я единственная, кто спасся, и то, только благодаря тому, что во мне уже начала развиваться сила Бездны. Я последний миг я видела, как погибает мой любимый, как он и наши соратники превращаются в прах.
Женщина распрямилась в кресле, на лице её отразилась злоба и ненависть.
— Сейчас у меня новый план. И ты, моя золотая девочка, поможешь его воплотить в жизнь. Скоро твоя смерть даст мне нужную силу, и я всё-таки открою врата в Бездну. Сначала я уничтожу Дангор, а потом, со временем я уничтожу весь мир. Осталось принести последнюю жертву.
Ладе резко подурнело. Она вцепилась руками в обивку стула, и сжала со всей силы кулаки. Ей снова стало страшно. Голова кружилась, ей повело. Последнее, что она помнила, прежде чем потерять сознание, был жуткий смех дангорки.
Очнулась Лада у себя в комнате, в постели. Солнце еще только всходило. Почему-то пришло четкое осознание, что сегодня её последний день в этом мире. Когда за ней пришли две служанки-орленийки, она не сопротивлялась и не роптала.
Наверное, при других обстоятельствах, это бы был самый счастливый день в её жизни. Ей принесли вкуснейший завтрак. Потом девушка нежилась в ванной, ей делали косметические маски, массаж, умасливали тело маслами. Но Лада только усмехалась и сравнивала себя с куском мяса, который мариновали для дальнейшего приготовления.
В очередной раз эмоции покинули её. Лада словно отключилась от реальности и смотрела на происходящее с ней со стороны. Мысленно она прощалась с этим миром, молилась всем известным Богам: Единому, что покровительствовал Орлении, Шестерым Богам Дангора. Девушка чувствовала себя песчинкой, попавшей в жернова. Она отчетливо понимала, что не сможет остановить Лиссию. Не в её силах было помешать таким планам. Она только просила сделать её конец безболезненным и быстрым.
Дагонт слегка насмешливо смотрел на суетящихся охранников. Всем своим видом он давал понять, что
Час назад его
Дагонт сразу заметил артефакты, делящие лагерь на несколько зон. В центре – расчищенная арена, покрытие которой было идеально выравнено и присыпано песком. С трех сторон вокруг арены уже собрались зрители. Судя по дорогим одеждам, это были небедные дангорцы. Дагонт даже узнал несколько из приближенных к Великому Князю и его семье. Это было плохо, очень плохо. Неужели подобная скверна подобралась так близко к венценосным? Но между предвкушающих кровавую потеху, воин увидел и молчаливых и хмурых мужчин, в которых сразу увидел равных себе, увидел соперников.
У края арены, со стороны палаток, находился деревянный столб. На площадке прежнего лагеря Дагонт такого не видел. А не увидеть подобное было очень сложно: в обхвате с локоть титуна, высотой – в два его роста, весь исписанный вырезанными рунами, к нему крепились кандалы. На самом верху находилась друза неизвестного мутно-молочного минерала с голову величиной. Периодически по ней проходили чуть заметные всполохи, и артефакты лагеря отвечали легким гулом.
