Из палаток показалось несколько мужчин. Кто-то нес подносы с кубками, то-то – с кусками темной материи. Позади них шел тот самый аристократ-рекрутер из таверны, который так и не назвал своего имени. Дагонт, как и прочие участники «турнира», толкая и тесня широкими плечами друг зрителей, подошли к нему. Аристократ велел раздеться догола и повязать куски ткани как набедренные повязки. Что ж, в этом был свой резон. Так было больше надежды на честный бой.
Двенадцать. Всего их было двенадцать. Будущие противники смотрели друг друга оценивающе, молча подмечая телосложение и движение друг друга. Дагонт, хоть и был крупнее и выше всех, но подмечал, что соперники ему достались не простые. Судя по шрамам – бывалые воины, каждый из которых не раз уже побывал в мясорубке. Ведь у дангорцев очень хорошая регенерация, значит, чтобы такие появились, рана должна была быть практически смертельная или нанесенная зачарованным оружием.
Дагонт усмехнулся и поскреб пальцами нанесенную жрецами Эсидиса и Улаары татуировку напротив его сердца, чуть поцарапав одну из линий. Непонятный, чуть размытый, будто очень старый рисунок, не нес в себе привычной магии, которую можно было различить обычным магам, но сего движения было достаточно, чтобы активировать письмена в главных Храмах. Дагонт очень надеялся, что Боги будут благоволить ему, и защитные артефакты лагеря не заглушат его «маяк».
Аристократ сделал знак разнести полуголыс мужчинам кубки и велел выпить их, сказав, что в нем восстанавливающие зелья, которые помогут не забрызгать всё вокруг своей кровью. Кроме того, это зелья должны были заблокировать все ипостаси. Единственное орудие теперь – собственные кулаки. Но Дагонту, с его проблемами, это было только на руку.
Дагонт, принюхавшись, помедлил, но всё-таки выпил: не стоило привлекать к себе внимание, всё-таки главную свою задачу он выполнил. Напиток был похож на легкое сладковатое вино, и в нем действительно ощущались привычный вкус целебных трав. Сейчас, как объяснил аристократ, их ждал бой «один-против-всех», когда вокруг только враги, и нет союзников. Мужчины не спорили, все понимали, на что подписались. Повинуясь указаниям аристократа, под улюлюканье и приветственные возгласы зрителей, они ступили в круг.
И тут Дагонт увидел
Сердце Дагонта пропустило удар, второй… а затем бешено заколотилось. Руки сжались в кулаки.
Взять себя в руки было непривычно тяжело. Но разум и железная воля возобладали над эмоциями. Он еще раз быстрым взглядом осмотрел соперников, что, тяжело дыша, смотрели на девушку, которую в это время приковывали к столбу. Дагонт отметил их странную реакцию. Да, девчонка была хороша, но не до такой степень, чтобы мужикам настолько крышу сносило. Они сжимали кулаки, тяжело дышали (грудные клетки ходили ходуном), вращали бешенными глазами, в которых уже не было видно белка. Неожиданно Дагонт и сам почувствовал, как его разум затмевает первобытная ярость. Не только целебные травки были в том кубке, ох, не только. Он чувствовал, как здравый смысл затмевает первобытная ярость и в голове пульсирует одна мысль «Убить»!
В это время аристократ-рекрутёр расписывал «приз»: и как девица хорошо собой и чиста, и невинна, и даже не целована ни разу, и что сама Милера её благословила… Когда он одним движением сорвал с девушки тунику, обнажив белое тело, у мужчин словно голову снесло. Это словно было сигналом к началу боя.
Дагонт и сам утратил разум, и одним быстрым жестом вцепился в глотку ближайшего мужчины. Шейные позвонки хрустнули под сильными пальцами. Ярость застилала взор. В голове набатом билось: «Убить!» и «Моя!». Инстинкты убийцы и тело тренированного воина были его верными помощниками. Он наносил удары направо и налево, не разбирая, кто получает их. Кто-то пытался ударить со спины, но Дагонт озверел вконец… Ему наносили раны, которых мужчина не замечал.
Бой? Нет, это была бойня... Жестокая и кровавая.
О, это и надо было организаторам. Артефакт на столбе темнел, наполняясь эманациями злобы. Зрители, специально подобранные, для «питания» артефакта, сами того не зная, вместе со злобой, яростью, жаждой кровавого зрелища, отдавали ему свою жизненную энергию.
